В глухих тайнах леса жили одни из самых опасных и беспринципных людей - отшельники. Комяк уверен, что скоро доберется до них – всего несколько часов езды. Но вот как примут его эти отшельники, запершиеся в своем мире без денег и прав?
Я ухмыльнулся.
– Не надо, – дернулась физиономия. – Не надо, – долетел до меня чуть слышный шепот.
– Нет, надо. – Я смотрел ему прямо в глаза. В круглые, как у совы, наполненные ужасом глаза. – Наделал уже в штаны, паскуда? Признавайся, наделал?.. Так теперь сдохни!
Рыжую голову просто снесло. Она разлетелась на кусочки, словно арбуз, сброшенный с Останкинской телебашни. Вместе с прыщами и прядями огненно-рыжих волос. Забрызгав мозгами половину тайги. Ничего, склюют птички, подъедят мышки.
Я передернул затвор, аккуратно положил дробовик обратно на землю и встал на колени возле Настасьи.
– Настюша, былиночка милая…
Она так и не успела намотать обратно платок, и я погладил ее по темноволосой головке, наклонился к маленькому аккуратному ушку.
– Любушка моя, кисонька. Я отомстил этой твари. Теперь я с тобой. И никуда от тебя не уйду. И обязательно вылечу тебя. Обязательно. Ведь я врач. А у тебя нет ничего опасного.
Эта рана для таежных условий была не просто опасной. Она была смертельной!
Настя пошелохнулась, чуть повернула вверх личико. Я наклонился и поцеловал покрытый холодной испариной лобик.
– Любушка мой, – чуть слышно прошептали посиневшие губы.
– Я здесь. Я рядом. Я никогда никуда от тебя не уйду. Я теперь навсегда останусь с тобой.
Я точно знал, что «навсегда» – это совсем ненадолго. Максимум на сорок восемь часов. И все…
И все!!!
Я взял Настину влажную ладошку, слегка сжал ее пальцами.
– Былиночка, все будет хорошо.
– Да… Раз ты со мной… Какая я нынче счастливая…
И я ощутил легкое ответное пожатие.
И я ощутил, как у меня по щеке сбежала слеза.
Глава 5
СПАСОВЦЫ
На этот раз братец Игнат ошибся.
