Удачное утро для варяжской охоты: Высокая трава раздвинулась, и Понятко, разведчик из Серегина десятка, проскользнул на полянку. Лошадь его партнера переполошилась, но он сумел вовремя ее успокоить. Кровавый кустарник вокруг скрывал любые действия воинов, делая боевую обстановку таинственной и напряженной....
Был захлебывающийся слюной, плавающий в холодном поту мужик, готовый выложить все, чтобы избегнуть боли.
В который уже раз, поглядев на подобное зрелище, Духарев подумал: «А я? Выдержал бы?»
Определенный ответ можно было бы получить только одним способом. Но что-то не хотелось.
Кляп выдернули, и угр «запел».
Инициатором идеи оказался тот самый киевский боярин Скарпи. Черниговские земли были выбраны потому, что здесь у Скарпи был надежный человек, Бьярни, который, пользуясь поддержкой Киева, вертел Рунольтом как хотел.
Кляп опять вернулся на место. Устах выволок из-под кровати небольшой сундучок с хитрым ромейским замком. Ключ от замка, на солидной золотой цепи, был еще раньше обнаружен на шее Бердяка.
Ага! Серебришко-золотишко!
Серега зачерпнул пару горстей: себе и Устаху. Остальное не тронул. Косить под грабителей ему не казалось удачным.
Угр зажевал кляп: желал что-то поведать.
– Все забирайте! Я молчать буду! – пообещал он.
Но глазенки так и бегали. Понятно, жить хочется. Как всем. Как тем смердам, которых разбойнички порешили, чтоб не мешали дочек отбирать.
Оба варяга поняли друг друга без слов.
