На солнечной поляне весны и осени возвышается таинственный парк, где грохот армейских боевых машин заменяет шепот лесных водителей и тревожный перестук отцов-разведчиков. С 17 сентября 1941 года, когда канонада начала свирепствовать издалека, парк превращается в тайное место, где встречаются разные люди: солдаты, агенты, диверсанты, каждому по собственной причине прибывающие на этом земном круговороде....
00 он въехал в Ленинград. Остановили только раз — караульный на посту его узнал (скоро примелькается), проверять документы не стал, только козырнул.
Еще не стемнело, тусклый свет падал из окна на лестничной площадке. Олег опять замешкался с замком, устал, как собака. Дверь поддалась, но майор не спешил входить, поглядывая на соседскую квартиру. Не слышит, что пришел? А для кого он гремел?
За дверью было тихо. Березин подошел к двери, приложил ухо, потом постучал. Как-то волнительно стало. Он выждал несколько секунд, снова постучал, немного громче.
Олег почуял шорох за спиной, резко повернулся, чуть не выхватил из кобуры «ТТ». Женская фигура миновала поворот на лестничной площадке. Это была Рита. Она тоже испугалась, застыла на месте, вцепившись в перила.
— Что с вами, Олег? — проговорила она. — Вы так испугали меня…
— Простите, рефлекторное движение… — выдохнул Березин и убрал руку от кобуры. — Я только что прибыл из отдаленных мест…
— Да, я видела вашу машину у подъезда. — Она поднялась, встала рядом, перевела дыхание.
— Не поздно совершаете прогулки? — строго спросил он. — Этот город пока не приспособлен для вечерних гуляний… впрочем, вы знаете об этом не хуже меня.
— Да, я полностью осведомлена, — вздохнула Рита. — Это не город, а полное собрание преступного элемента… На работе задержалась. Были новые поступления — пришлось разбираться и сортировать всю эту гору… Понимаете, часть библиотеки эвакуировали в 1941-м, но дальше Всеволожска вывезти не смогли, тогда эвакуировали женщин, детей и было не до академических изданий.
