Жанр
Солнце поднялось высоко над полей пустыни в долине Иордана, и жара немного спала. Люди вытаскивались из-под глиняных крыушек своих домиков, чтобы продолжать суету. В этой песчаной тиши мирно сидел человек — сыну Человечества, наборивший слова на теплый песок пустыни. Каждая песчинка стремительно исчезала, не давая возможности прочесть текст. Но он не мог оставить Мессию в покое, и каждую минуту старался передать своё прерывание....
Хотя, с точки зрения Немировича все было очень скромно: два стареньких полукресла, небольшой столик, небольшой же шкаф для одежды и потертый диван для отдыха, на котором Николай Вениаминович до встречи с Варей иногда ночевал, чтобы не тратить время на поездки из дома на работу и обратно. Он обратил внимание на их взгляды и усмехнулся:"
"— Вот, поступайте в Высшую школу КГБ и когда-нибудь у вас, возможно, будет такой кабинет.
— Это вряд ли, товарищ полковник, — ответил Дудкин, — мы же заточены на диверсионную работу.
— Вот именно, товарищ сержант, никогда не говори ""никогда"". Все может быть, — подмигнул Немирович, включая электрический самовар — подарок сослуживцев, и доставая из тумбочки печенье ""Юбилейное"" и сахарницу.
Когда все было расставлено и ребята, усевшись на диван, с удовольствием потягивали чай, особенно налегая на печенье, Николай Вениаминович начал разговор. Расспросив о семье, о планах и прочем подобном, чтобы беседа завязалась, он, наконец, приступил к главному:
— Ребята, вы, конечно, в курсе, что четверо из ваших — Васьков, Саминь, Зверкович и Шевченко умерли?
Они молча кивнули и лица их сразу стали предельно серьезными.
— Вы-то сами, что думаете по этому поводу?
— Такое впечатление, товарищ полковник, что смерть забирает своё, — угрюмо почти пробурчал Дудкин.
— Не понял?
— А что тут понимать, — спокойно пояснил Васильев, — мы же знаем, что уже давно должны быть мертвы.
— Вам самим-то не смешно, бойцы? — улыбнулся Немирович. — Конец двадцатого века на дворе, а вы о планах смерти.
— Мы, товарищ полковник за последнее время столько всего насмотрелись, — глядя полковнику в глаза четко произнес Дудкин, — что уже ничему не удивляемся. Даже такому.
Немирович постучал пальцами по колену, глядя в окно. Как это ни дико звучит, но определенная логика в словах ребят имелась.
— Нет, бойцы, неправильное у вас настроение. И выводы неправильные. Советская медицина делает большие успехи, и сегодня легко лечат те болезни, которые вчера еще были смертельными. Реанимация тоже на уровне, тысячи людей ежедневно буквально вырывают из лап смерти.
