Главный герой, одолев грозного врага, ненадолго вкушает победу. Но в опасном мире, где опасность подстерегает на каждом шагу, передышка оказывается иллюзией. Новые испытания и враги неумолимо приближаются, угрожая всему, чего ему удалось достичь.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Метатель. Книга 2»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Главный герой, одолев грозного врага, ненадолго вкушает победу. Но в опасном мире, где опасность подстерегает на каждом шагу, передышка оказывается иллюзией. Новые испытания и враги неумолимо приближаются, угрожая всему, чего ему удалось достичь.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Главный герой, одолев грозного врага, ненадолго вкушает победу. Но в опасном мире, где опасность подстерегает на каждом шагу, передышка оказывается иллюзией. Новые испытания и враги неумолимо приближаются, угрожая всему, чего ему удалось достичь.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Потом, немного расслабившись, спросила:
— А какая волна была на твоей Земле, когда ты был еще там?
— Вторая, — ответил я. — Но я участвовал в тестировании третьей.
Её брови удивлённо поднялись, и на губах появилась лёгкая улыбка, полная сарказма.
— И как тебе третья?
— Да нормально, — пожал я плечами, не совсем понимая, что именно она имела в виду.
Кира остановилась, посмотрела мне в глаза, а затем уточнила, уже без тени улыбки:"
"— Нормально? Значит, ты не понял, о чём я. Третья волна — это ад, причём в самом отвратительном его проявлении. Она ломает людей не только физически, но и эмоционально. Это худший период, который можно пережить, особенно если побываешь в инстах.
— Почему? — спросил я, чувствуя, как её слова начинают пробуждать в моей памяти воспоминания о том тестировании.
— Потому что там, — она указала рукой в сторону, словно показывая на несуществующий инст, — всё самое тёмное в тебе вылезает наружу. Даже то, чего ты всю жизнь боялся. Или то, что ты прячешь глубоко внутри.
Я почувствовал, как холодный комок сжался где-то в груди. Эти слова слишком точно совпадали с тем, что я испытал в том проклятом инсте.
— Я видела, как хорошие, честные люди выходили из инстов третьей волны совсем другими, — продолжила она, и её голос стал тише. — Агрессивные, сломленные, жестокие… Некоторые просто не выдерживали и сходили с ума. Очень редко кто-то возвращался оттуда с ясным рассудком.
Её слова эхом отозвались в моей голове. Я вспомнил, как чувствовал себя там в инсте и долгое время после тестирования. Как это тёмное, чуждое мне «Я» почти завладело мной. Как мне приходилось бороться с самим собой, чтобы не стать тем, кого я ненавидел.
Я шёл молча, пытаясь осмыслить сказанное. А ведь Кира права. В инсте я видел самого себя, но словно с другой стороны. Злой, циничный, готовый уничтожить любого, кто встанет на пути. Это было не просто проявление агрессии. Это была моя тёмная сторона, которой я всегда боялся, но старательно избегал думать об этом.
И теперь, когда я думаю об этом, мне становится понятно: Система не просто развивает нас. Она проверяет нас, выводит на поверхность всё, что мы старались забыть или спрятать. Она создаёт не просто выживших, а идеальные машины для её целей.
— Я чувствовал это, — тихо признался я.
— Что именно? — Кира посмотрела на меня, удивлённо подняв брови.
— В инсте, — продолжил я. — То, что ты говоришь… Этот… другой я. Он там был.
Кира внимательно слушала, не перебивая.
— Это был я, но не совсем. Как будто кто-то вытащил из меня всё самое тёмное и заставил это управлять мной. Это была не просто злость или страх. Это было… — я замолчал, подбирая слова.
— Первобытное? — подсказала она.
— Да, — кивнул я. — Первобытное, но вместе с тем очень расчётливое.
