Стою я, значит, над поверженным Костоломом и чувствую, что сорвал главный приз. Уровень, шмот, но главное — я остался жив.Жаль только, счастье не бывает вечным. Его хватает до обидного ненадолго, и тебе уже маячит перспектива хрен пойми чего. Вот и сейчас, стоило помечтать о минутке покоя, как вдруг…Внимание! Вы будете перемещены в особую зону для бета-тестирования новой волны.Бета-тест? Серьёзно?...
Я стоял над поверженным врагом, тяжело дыша от выплеска адреналина. Мозг отказывался верить в реальность произошедшего. Что это было⁈ Вот так бездарно, из-за жадности и глупости, Серж закончил свой путь?
Под ногами стремительно расплывалась багровая лужа. В воздухе витал тяжёлый дух смерти вперемешку с запахом пролитой крови. Руки до боли сжимали рукоять топора, будто только он и удерживал меня сейчас от падения в беспросветную пучину ужаса и смятения.
Глухая, тупая боль разрасталась в груди. Не от раны — та была сущим пустяком.
Я зажмурился, пытаясь отогнать видение распростёртого у ног трупа. Но стоило открыть глаза — реальность бесстрастно взирала на меня остекленевшим взором мертвеца.
Друг стал врагом. Почти брат — подлым убийцей. Вот она, оборотная сторона человеческой натуры. И как теперь с этим жить?
Всё кончено. Бой был окончен. Враг повержен. Вот только легче от этого почему-то не становилось."
"Я стоял, пошатываясь и тупо глядя на дело своих рук.
В голове не укладывалось. Не верилось, что Серж мог так подло, так бесчестно поступить. Всадить нож в спину, пойти по трупам в погоне за призрачными богатствами. Как он только мог⁈
Внезапно сзади послышался шум.
— Тёма, ты как? Цел? — сходу забросал вопросами взъерошенный Олег, дико озираясь по сторонам. — Что это с Серым? Чего он на тебя кинулся?
Я лишь устало отмахнулся, чувствуя, как подкашиваются ноги. Адреналин схлынул, оставив после себя лишь звенящую пустоту и апатию.
— Серый… Он нас предал, — хрипло выдавил я, с трудом ворочая языком. — Продался за лут и плюшки от него. Грохнул Вику, пока мы дрыхли. А потом попытался прирезать и меня. Чтобы не мешал ему… забрать все себе.
Олег отшатнулся, глядя на меня квадратными от изумления глазами. Валька аж присвистнул, качая головой. Однако возражать не стали. Всё было ясно как божий день.
