В темном туннеле царит ощущение давности и мертвенной тиши. Чешуйчатые останки вымирающих тварей повсюду, заставляя дрожать даже без единого звука в ушах. Здесь запах горелого мяса и сырых камней поглощает все вокруг, создавая невероятную атмосферу мертвых пространств....
Действительно, что-то металлическое отражало солнечный свет.
— Может, очередной храм? — предположил я.
— И ещё один портал. Лучше проверим.
Мы направились к блеску, но по мере приближения становилось ясно, что это не храм. Скорее развалины какого-то древнего сооружения. Металлические балки торчали из земли под странными углами, а между ними виднелись остатки стен.
— Здесь когда-то была цивилизация, — сказала Кира, когда мы приземлились рядом с руинами.
— И что с ней случилось? — задался вопросом я, осматривая обломки.
На одном из металлических фрагментов были видны следы когтей. Очень больших когтей.
— Думаю, наши друзья-грызуны знают ответ, — мрачно ответила Кира.
Мы не стали задерживаться в развалинах. Слишком много нор вело под землю, и оттуда доносились подозрительные звуки. Взлетев снова, мы продолжили путь через бескрайнюю степь.
Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая небо в красноватые тона. Степь под нами волновалась на ветру, и это зрелище было бы красивым, если бы не постоянная угроза снизу.
— Нужно найти безопасное место для ночлега, — сказал я. — Небокрыл долго не продержится.
Но ничего подходящего в обозреваемом пространстве небыло.
Да уж. Ночь обещала быть долгой и беспокойной.
* * *"
"За неделю мы сменили порядка восьми параллельностей. И вот сейчас весели на козырьке вершины скалы, прячась от какого-то горного козла, который больше смахивал на скалопендру. Сложно это описать — представьте себе обычного горного козла, но с десятками членистых лап вместо копыт, хитиновым панцирем вместо шерсти и челюстями, как у многоножки.
Каждый новый прыжок через портал Системы поднимал уровни мобов чуть ли не в геометрической прогрессии. Первыми были параллельности — там противники были 90–100 уровней, вполне по силам. Потом стали появляться сто плюс. А теперь вот этот монстр, от которого даже мы предпочитали драпать, а не вступать в бой.
Мы балансировали над уступом в надежде, что эта тварь нас не заметит либо свалится, пытаясь нас достать.
— Тихо, — прошептал я, чувствуя, как наш узкий выступ чуть подрагивает под весом. — Кажется, он ушёл.
Действительно, скрежет множественных лап затих. Несколько минут мы слушали тишину, прерываемую только свистом ветра в расщелинах.
