Автор
Взгляд был занят снегом и метелью, но внутри подъезда пульс становился еще быстрее, а сердце дрогнуло от той ужасающей симфонии холода и ветра. Метель ревела через окошко, превращая мир за его кромкой в холодную картину, где каждое движение казалось вызовом невидимому стене....
Он и контролировал меня всю дорогу до аэропорта, — она закусила губы и слезы скатились по бледным щекам. — Я умоляла их… я кричала как обезумевшая, что у меня есть малышка, что она совсем одна дома! Но единственное, чего смогла добиться — одного звонка. Спустя несколько попыток заткнуть меня силой, они сжалились и дали телефон. И я всю жизнь благодарила Бога за то, что бабушка-соседка отозвалась, и я успела сказать ей о тебе…
Внутри меня все стянулось от напряжения, и грудь сдавило так, что казалось, вот-вот хрустнут ребра! Рассказывая это, женщина не истерила, не выдавала горячих эмоций, и меня захватила паника.
— Меня хладнокровно похитили, — безжизненным голосом заключила она. — Оказалось, что я не нужна была этому мужчине. Он выбрал меня лишь для того, чтобы хорошо продать на Востоке! Очень долго я отрицала реальность и сопротивлялась, усугубляя свое положение… Но даже опомниться не успела, как оказалась наложницей богатого Эмира.
Она замолчала. Сохранила в себе подробности, которые до сих пор собирались страхом в серых глазах.
— Когда я оказалась на родине, первые месяцы сидела в четырех стенах, — продолжила женщина, оставив большую часть этого пути в тайне.
— Что ты имеешь в виду? — осторожно спросила я.
Через несколько мгновений изматывающих сомнений, она бросила взгляд в сторону, будто переживала, что нас могут услышать.
— Он… он показал мне свидетельство о смерти, — произнесла она напряженным тоном.
В области груди рассыпались иголки, а взгляд таки застыл на ее лице.
— Мне бы ни за что не удалось сбежать бесследно, и Женя это знал, — пояснила она обреченным тоном, перехватив ступор в моих глазах. — Он долго не раскрывал мне правду. Не хотел пугать и не говорил, каким образом ему удалось вызволить меня и замести следы. Оказалось, что муж инсценировал мою смерть.
