Автор
Взгляд был занят снегом и метелью, но внутри подъезда пульс становился еще быстрее, а сердце дрогнуло от той ужасающей симфонии холода и ветра. Метель ревела через окошко, превращая мир за его кромкой в холодную картину, где каждое движение казалось вызовом невидимому стене....
Мне показалось, ее глаза накрыло теплой поволокой, и внутри невольно пронеслась мысль о том, что в своем сердце она хранила лишь теплые воспоминания об этом человеке.
— ТЫ… его любила? — спросила с таким же ненавязчивым интересом.
Это простодушие было не нарочно. Просто в моей голове всю жизнь хранился лишь размытый образ, к которому было сложно проникнуться душой. Сопоставить себя с человеком, которого никогда не видела даже на фото.
— Очень, — отозвалась мама, едва улыбнувшись. — Он был моим первым мужчиной.
Первым во всем. Но… я никогда не имела права на эту любовь.
В моих глазах пронеслось хмурое замешательство.
— Почему? — осторожно спросила.
— Потому что его работа с самого начала ставила крест на наших отношениях. На нашем будущем, — сообщила она со вздохом. — Он был телохранителем у очень влиятельного человека. И… из-за своей слепой влюбленности и молодости, я попросту недооценивала риск его работы.
Я думала, что она и сейчас замолчит. Но так как из ванной мы не спешили выходить, я терпеливо ждала продолжения ее откровения.
"— В тот день я собиралась сказать ему о том, что беременна, — призналась она, отстраненно перебирая махровую ткань моего полотенца. — Боялась очень, думала разозлится. Но оказалось зря… Как позже выяснилось, он собирался сделать мне предложение. Его коллеги передали кольцо… Все, что у меня осталось от него.
Я попыталась считать реакцию, в глубине ее светлых глаз. Сколько раз она возвращалась мыслями к этому событию?! Сколько времени прошло, прежде чем эта боль превратилась лишь в тяжкие воспоминания?.
— Что с ним произошло? — спросила я на одном дыхании.
— Получил ранение несовместимое с жизнью. Шефа прикрыл, а сам…
В этот раз тяжесть отразилась в ее глазах и, пропустив через себя отголоски ее душевной боли, я вдруг задумалась о том, насколько заблуждалась в своей жизни.
О ней… О своем отце, от которого мне досталось лишь отчество — Михайловна. А еще мое сердце сжалось от негодования. Сколько же пришлось пережить этой сильной женщине? Почему судьба так беспощадно швыряла ее? И острой иглой в сознание неожиданно впилось угрожающее напоминание.
Когда мы вернулись в комнату, мама принялась искать мне одежду, а я неуверенно топталась возле кровати, собираясь с мыслями.
