Взглянула на Никлауса, с волнением отмечая его напряженность и подрагивающие руки, закушенную губу и испарину на лбу, робко улыбнулась и первая качнулась вперед, шепнув своему дракону в губы:
— Двигайся, Никлаус, пожалуйста. Все в порядке. Честно.
Муж вымученно улыбнулся, качнулся назад и вновь сделал глубокий толчок, от которого я не смогла сдержать вскрика и прикрыла глаза, вновь ощущая отвлекающие ласки сразу всех моих мужчин.
Дракон еще раз качнулся внутри меня, проникая еще глубже, потихоньку наращивал темп, заставляя меня выгибаться и тихо постанывать, и словно срываясь от этих стонов, ускорил темп, наклоняясь и целуя закушенную от напряжения и удовольствия губу.
Приоткрыла рот, впуская своего младшего мужа, подхватывая и посасывая его язык, дернувшись от прикосновения к набухшему комочку жестких, но одновременно нежных пальцев, растирающих маленькую горошинку.
Всхлипнув, замотала головой, не в силах справиться с последующими глубокими толчками, переполняющие, раздирающими эмоциями каждую клеточку ощущениями, чувствуя, как вместе с тем в груди разгорается нечто необычное, неестественное, но в то же время светлое, плотное и пугающее, разносящееся по моему телу белесо-желтоватой вспышкой, захватывая, но не подчиняя, а словно стирая некие ранее запретные грани.
Не выдержав этой переполненности, громко закричала, сжимаясь, и слышала вторящий мне рык, переходящий в стон, от моих драконов. Взрывалась и сотрясалась всем телом от всепоглощающих, омывающих каждую частичку наших с драконом тел эмоций, которого в тот удивительный миг я чувствовала, как себя.
И я сама не заметила, как в какой-то момент от захлестнувших разрядов удовольствия соскользнула в приятную, ласкающую и абсолютно иную тьму.
***
Дэм
Зажмурившись от невыносимо яркой желто-белой теплой вспышки, окутавшей тела моей девочки и младшего брата, отшатнулся, не сразу понимая, что происходит. Когда же все закончилось, медленно распахнул глаза, обеспокоенно взглянул на нашу жену, тут же испуганно подаваясь вперед, увидел вновь безвольное тело девочки под распластавшимся над ней отключившимся Никлаусом, только чудом не раздавившим нашу малышку.
Бросив короткий взгляд на ошалело потрясающего головой Анхеля, быстро скинул тело брата с жены и притронулся к теплой коже, нашел спокойно бьющуюся жилку на шее и облегченно выдохнул.
— Она в порядке. Я ощущаю ее, — удивленно произнес Анхель, недоуменно покосившись на девочку.
Он потянулся к Никлаусу, перевернул его на спину. Мы облегченно выдохнули, услышав размеренное биение сердца и тихие глубокие вдохи.
— Клаус тоже в норме. Нужно было бы дать им отдохнуть, — негромко произнес я и с сожалением взглянул на малышку, отмечая, что, кажется, она стала еще прекрасней.