Автор
В главном Дворце Драеклона собралось совет пяти: спокойные лица императорских сыновей выдавали уверенность, в то время как глаза императора сверкали решимостью. Центральный зал напоминал не просто место для совещаний, а кнюжный коридор — каждый шаг и слово здесь имеют значение, потому что это выбор будущего....
***
С каждым отчетливо приближающимся тяжелым шагом в ушах нарастал неприятный давящий гул, а сердце сжималось, словно его сдавливали стальной ладонью. Эту ладонь до одури и темных мушек в глазах хотелось убрать. Снять давление и наконец вдохнуть полной, свободной грудью. Но я понимала, что эти все ощущения только в моей голове. И ничего не могла с этими пагубными чувствами поделать.
Стиснув до боли в деснах зубы, медленно выдохнула, чтобы снова едва-едва вдохнуть.
Великие демиурги, если только от одного присутствия этих мужчин становится так тяжело, что же будет, стоит мне оказаться хотя бы с одним из них в маленьком помещении? Выдержу ли? Спорный вопрос, на который пока не было ответа.
А шаги тем временем приближались, и все чаще сквозь непроходимый гул в ушах можно было услышать всего две короткие фразы, срывающиеся с уст мужчин. Обозначающие для девушек, что их такое короткое время во дворце подошло к концу.
Я уже сбилась со счета, скольких успели убрать с отбора их Светлости, когда очередь дошла до меня: семь или тринадцать.
Сознание путалось, стоять с низко опущенной головой с каждой минутой становилось все невыносимей. Истинная пытка. Изощренная. И так похожая на наказание. Только непонятно за что. Ведь я была уверена: далеко не все девушки, включая меня саму, горели желанием переступить порог главного дворца.
У нас не было выбора.
И все же я могу ошибаться. Может, как раз-таки и наоборот, очень даже горели тем самым желанием.
Еще шаг.
И еще.
Все ближе.
Рядом послышался усталый, обреченный возглас Даялы. Такой тихий и оставляющий надежду, что его услышала только я. Однако узнать об этом не представлялось возможным. И только то, что никто не спешил одергивать бедную девушку и меня заодно, говорило, что нам просто повезло. Или же на нас не обратили должного внимания.
— Лорелея, я больше не могу.
Зажмурившись, прикусила губу, чувствуя металлический привкус крови и, дернув окаменевшей рукой, прикоснулась к ледяным пальчикам соседки. Едва ощутимо сжав их в качестве поддержки, услышала облеченный благодарный вздох и только успела отдернуть руку, как бархатный с рычащими нотками голос над головой заставил замереть, застыть каменным изваянием.
— Подними глаза.
