Вечерний дождь омывает древнее кладбище Мирея, где Амелия шагает через подтопленные лужи и выступающие пузыри. Лодыжки ее коротких ботинок пропитались влагой, а платье до колен набухло от осадков. Эта трагическая прогулка кажется началом чего-то большего и сложного.
"Забракованные
Солодкова Татьяна
Глава 1
Цинн, королевство Мирея
Кладбище заливало водой.
Дождь с силой барабанил по поверхности зонта, будто отбивал похоронный марш прямо над головой. Под ногами набухали огромные лужи, на поверхности которых всплывали и лопались крупные пузыри.
Амелия вздохнула и крепче перехватила ручку тяжелого под напором воды зонта. Подол вдовьего платья до колен пропитался влагой. Внутри коротких ботинок разлилось холодное море. Ее начинал бить озноб, но она стояла на месте, до рези в глазах глядя на мраморную могильную плиту.
— Приношу свои соболезнования, леди Бриверивз… — С голосом подошедшего иллюзия развеялась, лопнув, подобно дождевым пузырям, и обдала брызгами холодной реальности.
Чуть сдвинув зонт, Мэл подняла взгляд и выдавила из себя слабую улыбку.
— Благодарю, лорд Креймор.
В почтенном возрасте, с грузной фигурой, на подрагивающих под лишним весом тонких ногах, мужчина все ещё стоял перед ней, словно чего-то ждал.
— Леди Бриверивз, я хотел уточнить… — начал Креймор и смущенно потупился.
Амелия едва не рассмеялась. Надо же, на кладбище. В день похорон!
— Долг будет выплачен с процентами, — с достоинством ответила она.
Уголок пухлых губ мужчины удовлетворенно дрогнул, подбородки колыхнулись.
— Еще раз приношу свои соболезнования, леди Бриверивз… — Услышав желаемое, лорд Креймор тут же раскланялся. Попятился, наступил мальчишке-слуге на ногу. — Куда лезешь, остолоп! — взвился, будто на ногу наступили ему, и замахнулся увесистым кулаком.
Парень втянул голову в плечи и забормотал извинения. Зонт накренился, обдав господина холодными брызгами, чем вызвал очередную порцию брани.
Мэл сжала губы в прямую линию и отвернулась. Могильный камень притягивал взгляд — черный, блестящий от потока бегущей по нему воды, с позолоченными буквами, кажущимися объемными под прозрачными струями, — им хотелось любоваться.
— Примите ещё раз мои соболезнования, леди Бриверивз, — на сей раз голос был женским и старческим.
— Сочувствую вашей утрате, — добавился молодой мужской.
Пора.
