Тебе надо отдохнуть перед игрой, — обнял его за плечи один мужчин, и плечистый Серега, вдруг обмякнув, позволил себя увести. Нюта в изумлении смотрела ему вслед.
— Ты не удивляйся, — негромко сказала стоявшая рядом пожилая женщина. — У Сереженьки на глазах жена и дочь погибли, с тех пор он слегка умом тронулся. Так-то он смирный, но когда мертвых видит, особенно женщин, у него в голове все мешаться начинает. Мерещится, что никакой Катастрофы не было, а просто съемки телеигры для развлечения. Видно, ему так легче смерть близких своих переносить…
Кто убил Дину, так и не дознались — ни в тот день, ни на следующий. Зотов на всякий случай объявил на станции режим повышенной строгости, приказав мужчинам патрулировать ее ночью, а также удвоил посты в туннелях.
Кирилл сидел у костра и пытался читать, когда к нему неожиданно подошел плечистый Сергей.
— Что читаем? — дружелюбно спросил он, как ни в чем не бывало.
Парень удивленно посмотрел на него: сейчас безумец выглядел абсолютно нормальным. Кирилл показал ему определитель птиц.
— Животных любишь? — оживился Сергей. — Я тоже. Но не этих мокриц, которые тут ползают, а тех, что наверху. Там такие забавные зверьки попадаются, и людей нисколько не боятся. Ласковые, подходят, трутся об тебя, урчат.
У Кирилла загорелись глаза.
— Черт, как жалко, что мне их не увидеть! — с досадой сказал он.
— Да почему ж не увидеть? Хочешь, выйдем наверх нынче ночью? Зверя больше нет, можно не бояться. Мы далеко от метро уходить не будем, они рядышком живут. Поймаем одного, принесешь своей подружке вместо котенка, а то она, гляжу, сердитая у тебя.
Сергей говорил как вполне нормальный человек. Видно, временное помешательство уже прошло. И Кирилл не удержался, пожаловался ему:
— Она в последнее время меня знать не хочет! Конечно, она избавительница, героиня, а я кто? Да еще ревнует, подозревая в связи с другой.
— Если ревнует, значит, не все еще потеряно, — успокоил его Сергей. — Моя Наташка знаешь, как меня ревновала? Вот если твоей девушке все равно, с кем ты, тогда, значит, ничего она к тебе не чувствует. А ревнует — значит, небезразличен ты ей.
Кирилл почувствовал благодарность к этому почти незнакомому человеку.
— Ну что, пойдем на поверхность-то? — спросил тот.
— Да нас же не выпустят, — засомневался Кирилл. — Усиленный режим, не забыл?
— А у меня знакомый сегодня дежурит, — усмехнулся Сергей.
И Кирилл не устоял. В конце концов, если он и вправду принесет Нюте с поверхности подарок, может, она поймет, что он вовсе не трус и ради нее готов на многое?
— Мы к Зоопарку не пойдем, — на прощание сказал Сергей. — Нам чуть-чуть в другую сторону, туда, где кладбище. Да ты не трусь, поймаем зверька — и тут же обратно.
Ночью они подошли к охранникам.