– На Комсомольской, – объяснил Летяга. – Увидишь.
Пронеслись по пустому Арбату; Артем и вспомнить ничего не успел. Куда, мелькнуло только, все твари живые из Москвы делись? Почему бежали? Стояла Москва каменная и такая пустая, как будто заметенный три тысячи лет назад песками Вавилон.
Домчали до Садового, повернули через смешные запрещающие линии на асфальте куда им было нужно, покатили мимо громад гостиниц без постояльцев, офисных центров без служащих; мимо остроконечного Министерства иностранных дел, колдовской Лысой горы.
– Какие теперь иностранные дела, интересно.
– Я не лезу, – Летяга смотрел вперед. – У всех своя работа.
– Но ведь кто-то слушает радио, а? Ну чтобы знать, как там люди вообще… Как там противник. Что он там замышляет. Коварное.
– А как? – возразил Летяга. – Глушилки же фигачат.
– Действительно, – потер резину лица Артем.
За МИДом нырнули в тесные переулки, встали у заброшенного особняка за высоченным забором. Посольство чего-то там. Болтался обрывок флага неизвестной страны, выстиранный злыми дождями до белого.
Погудели условным сигналом. Открылись бесшумные ворота, впуская кортеж во внутренний двор. Внутри облепили машины фигуры с орденскими нашивками, осмотрели, не подцепили ли гости кого. Артем вылез, увидел вроде знакомые глаза за стеклянными плошками.
Никто не объяснил. Отворились двери, фигуры потащили из особняка в грузовик зеленые цинки с трафаретными надписями – по два, по три, еще, и еще, и еще.
Работали споро, справились в минуту. Козырнули, подмахнули какой-то документ для неуместной отчетности, проводили за ворота, и опять стал особняк необитаемым.
– Куда столько? – спросил у Летяги Артем.
– На Комсомольскую, – повторил тот.
– Что там? Красная Линия с Ганзой пересекаются, – сам понял Артем. – Там фронт сейчас проходит? Ганза вступила уже в войну?
– Мы что? Наши там уже? Мы за Ганзу впрягаемся, да? Мы, Орден?
Понятно было, что Летяге с Артемом откровенничать запретили: через бульдожьи зубы цедил, но раз Артем все и сам угадывал, не подтверждать не мог.
– Там наши пацаны уже? Это им патроны? Они красных держат?
– Это… Это же бункер повторяется, а? Да, братик? Опять мы и опять красные… И опять, если мы не сдержим, никто не сдержит.
– Может повториться, – нехотя признал Летяга.
– Хорошо, что мы туда едем, – вслух произнес Артем. – Правильное задание.