Автор
В струе атмосферы, которая заставляет кровь сворачиваться в жилках, три Ивана роста неугасаемо дерутся на главной площади города. Толпа, пронизанная непреодолимым любопытством и безрассудным весельем, ожидает, что следующая схватка решит судьбу победителя. В центре это — негр в крутых одеждах, его взгляд полон уверенности и вызова....
Старик развернулся и пошёл в горницу ставить свечу.
Вечером того же дня, спрятанный под сеном, на долгуше Автонома Лыков приехал в Нижнюю Кару, посетил магазин колониальных товаров Мордуха Сицкина и вынес оттуда двадцать фунтов кизельгура и пять капсулей с гремучей ртутью[169]. Он собрался стереть дворец Бардадыма с лица земли вместе с его хозяином.
Глава 31
Штурм
На исходе ночи Лыков, обутый в имадиновы ноговицы, бесшумно обошел по периметру заплот «губернаторского дворца». В том месте, где лес ближе всего подходил к заимке, он обнаружил парный сторожевой пост и снял его.
Расчистив подступы, Алексей отослал Пьетро Буссиесту на ту самую лиственницу, на которой вчера сидел сам. Оттуда открывался хороший обзор, а главное, шла прямая директриса на крыльцо и окна свищёвского особняка. Итальянцу предстояло поразить Бардадыма, когда тот выйдет из дома на улицу, желательно первым выстрелом.
"Когда они собирались, Автоном жалко и унизительно ползал в ногах у дедушки Патермуфия — просил отпустить его пятым. Но патриарх не позволил.
— Наше дело другое, божеское; не гоже нам смертоубивством заниматься. А сегодня особливо: Иван-Постный[170] на календаре! Нож в руки брать нельзя, а ты вот что задумал с энтими греховодниками. Тут сиди!
— Так мало их! Перебьют ребят свищёвские нехристи, и обрат нам от них притеснения терпеть. А Бардадыма кончить — самое божеское дело, даже в такой день.
— Сиди где велю, заячья отрыжка! — прикрикнул Патермуфий. — Чем сможем, тем поможем; а кровь человечью лить моего согласия нет.
— Так то человечью… — огрызнулся Автоном и ушел, расстроенный. На бой поехали лишь четверо стрелков; им было не до Иоанна Предтечи…
В семь часов утра, когда туман на опушке леса начал рассеиваться, на дороге, ведущей к «губернаторскому дворцу», появился Имадин.
