В ее невозможное, красное, перепуганное лицо, и непонятно было, что он там видит, кроме истеричной радости и безграничного смущения.
– Запомнили? – спросил он. – Или повторить?
– Что? – спросила Клавдия.
– Положи что-нибудь на прилавок, – не меняя тона, весело приказал он. Ему почему-то приятно было, что она так смутилась и покраснела. Вот дурочка… – Открой коробку, достань бумажку и читай ее. Как бы мне. Улавливаешь? Или с трудом?
Клавдия послушно достала аспирин и вынула инструкцию.
– Зачем мы это делаем, Андрей? – спросила она шпионским шепотом. – В зале никого нет…
– На улице есть, – сказал он, и из его глаз пропал смех, остался только дождь. – Твоего соглядатая вполне можно не посвящать в нашу нежную дружбу. Так будет только лучше, как ты считаешь?
– Что? – опять спросила она.
Никогда он ее такой не видел. Красная, неловкая.
Это из-за него, что ли?!
Он присмотрелся повнимательнее.
Она упорно отводила взгляд и смотрела куда угодно, только не на него.
“Боится она меня, что ли?”
От этой мысли он пришел в раздражение.
– Клава, – сказал он, – посмотри на меня. Я заехал спросить, как у тебя дела, и заодно мальчонку посмотреть, который тебя караулит.
– Посмотрел? – спросила Клавдия, сворачивая бумажку раз и еще раз.
– Посмотрел, – сказал он. – Мне поговорить бы с тобой. Не на ходу. Давай вечером созвонимся, договоримся, как нам встретиться, только чтобы ты “хвоста” за собой не привела.
– “Хвоста”? – переспросила она и быстро на него взглянула.
– Я тебя научу, как от него уйти, – повеселев от ее взгляда, сказал он. – Ты сообразительная, ты сумеешь. О'кей?
– О'кей, – согласилась она. – Как хорошо, что ты приехал, Андрей! – добавила она неожиданно. – А я весь день проторчала около телефона.
– Почему? – совершенно искренне спросил он.
– Потому что ты должен был позвонить, балда! – сказала она быстро и свернула бумажку еще вдвое.
Однажды она сказала ему, что он – слон. Он, конечно, был слон, но не до такой степени.
– Ты ждала моего звонка? – недоверчиво спросил гениальный сыщик Ларионов.
– Ждала, – призналась она.
Пропади все пропадом. Разве один раз за десять лет она не может сказать человеку, что ждала его звонка?
Он молчал, она снова быстро на него взглянула и покраснела еще гуще. Господи, ну почему она такая идиотка?!
– Ладно, – сказал он тихо. – Ладно, это мы с тобой потом обсудим. Ты только будь вечером поосторожнее, Клава. Хорошо? Я не смогу вечером за тобой приехать. Я завтра точно смогу, а сегодня у меня никак не получается. Уж я крутил, крутил… Так что ты… повнимательнее, и вечером я позвоню… – Он постепенно притормаживал, понимая, что говорит слишком быстро, и она посмотрела ему в лицо.
– Только обязательно позвони, – попросила она серьезно.