В библиотеке сидел обычный мужчина, казалось бы ничем не выделяющийся в толпе. Однако его взгляд на "объект" – невыразительную девушку, которая каждый день совершала однообразные походы к работе и обратно – был странен. Этот объект выглядел так, словно его создали из недоразработанной субстанции жизни: высокая и костлявая, она часто заходила в гастроном "Речного вокзала", чтобы приобрести простой набор продуктов, напоминающий серую погоду....
Снова писк и тот же голос, на этот раз исполненный вселенского страха и такой же тоски:
“Петя, уже почти утро. Папа вернулся. Мы не знаем… Петенька, позвони нам. Петя, я умоляю тебя, мальчик мой, позвони нам… Господи, как это ужасно… Мне не верится даже…”
Они все знали. Они все знали и узнали о Сергее ночью, а никаким не утром. Петра дома не было. Где был отец Мерцаловых, куда именно он ездил – непонятно. У Ирины он не был. Где он был?
Думай спокойно, приказал себе Андрей. Думай так, как ты думаешь обычно.
Если бы только это было обычной работой!"
"Дальше пошли сообщения, не имеющие отношения к той ночи. Андрей старательно дослушал их до конца и поставил все сначала.
Он слушал очень внимательно, сцепив на животе большие руки. Он должен был услышать что-то, не услышанное с первого раза.
Сергея Мерцалова убил его собственный брат.
Брат?!
* * *Клавдия слышала, как он зачем-то приоткрывал к ней дверь и некоторое время мялся на пороге. Проверял, не снятся ли ей кошмары? Она старательно притворялась, что спит.
Она была так счастлива, что спать не могла совершенно. Где уж тут спать, когда он сказал, что жить с ним трудно и что ей нужно привыкнуть!
Господи, в это невозможно поверить. Все это произошло не с ней, а с какой-то другой женщиной. Именно этой другой женщине только что сказали, что она сможет жить с мужчиной, в которого всю жизнь влюблена, как школьница.
Не то что спать, она даже лежать не могла спокойно. Он сказал: “Лежать и спать!” – как будто она была его собакой. Какое счастье, что он сказал ей: “Лежать и спать!” Так говорят только очень близким, самым близким. Самым понимающим. Своим. Как будто она давно и безраздельно принадлежит ему и он в ней совершенно уверен.
Она улыбнулась под периной.
Теперь ей не нужно выживать.
