А вчера… Вчера… Представляешь, Виталик его позавчера с работы уволил, а вчера заставил подписать отказные документы на автомойку… Представляешь? Как он мо-о-ог? — выла к трубку Катя. — Папа столько здоровья в нее вложил… Как он мог?
— Вот в чем дело! Теперь понятно… Жаль, что я не знал о его состоянии.
Вадим был явно растерян.
— Я сейчас же поеду к Виталику. Я все ему выскажу!
— Катя, не надо никуда ехать. Я вернусь — и все уладится.
— Что уладится? Автомойку со дня на день продадут! Как он может? И не уговаривай, я сейчас же к нему поеду…
— Пообещай мне, что никуда не поедешь. Это я покупаю автомойку, — глухо произнес Вадим.
— То есть? Как ты? Ты ведь во Франкфурте? Ничего не понимаю, — захлопала она мокрыми ресницами.
— Я покупаю автомойку, — повторил он. — Полностью. Вчера мое доверенное лицо и Проскурин обсудили окончательные условия, сегодня утром немецкая компания сделала авансовый платеж.
— Подожди… То есть как? Так вот почему ты сказал, что по возвращении мы поедем в Ждановичи… — стало доходить до нее.
— Именно поэтому, — подтвердил ее догадку Вадим. — Я хотел прийти не просто так, не с пустыми руками, а предложить ему контрольный пакет, чтобы в будущем никто не смог у него ничего отобрать, — он тяжело вздохнул. — Пришлось торопиться. Эх-хе-хе, — сокрушенно вздохнул он.
— Но почему и ты от меня скрывал?
— Не хотел говорить раньше времени. Считал, что так лучше. Ну, да чего уж там теперь… Извини. Если бы знал про его сердце, то встретился бы с ним до отъезда. Но тогда… Сложно сказать, какой бы вышел разговор. Он мог и отказаться.
— А думаешь, при таком раскладе не отказался бы? — не удержалась Катя. — Ты плохо знаешь отца. Как ты мог не посоветоваться со мной? Меня без конца укоряешь, что не знаешь моих планов, а сам? Между нами не должно быть никаких тайн — это твои слова. Если с отцом что-то случится, кому он будет нужен, твой контрольный пакет? — прорвало ее. — Зачем ты так, Вадим?! Ведь это может его убить, если еще не убило!!!
— С ним ничего не случится, — глухо произнес он. — Я обещаю. Я сейчас созвонюсь, поставлю всех на ноги!.. Прости меня… Александр Ильич обязательно поправится. То, что его вовремя забрала кардиобригада, уже хорошо! Да и сам он мужик крепкий. На таких земля держится…
— Но почему? Почему, Вадим? Почему? — не могла успокоиться Катя.
— Потому что мне далеко не безразлично все, что происходит не только с тобой, но и с твоим отцом. Я обещал, что помогу ему. Возможно, не все предусмотрел… Ответь же что-нибудь, — встревожился он после довольно долгой паузы, во время которой в трубке были слышны всхлипывания.
— Я не знаю, что ответить…
— Понимаю… Извини.
— Ты меня тоже извини… — нашла она наконец в себе силы.