Видишь ли, мою жену никогда не интересовала физическая близость как таковая, — хрипло добавил он. — Для нее это была хладнокровная игра, простой способ добывать деньги, и она всегда была безупречной актрисой.
— Хоук! — Александра задохнулась, услышав это. — Вы хотите сказать…
— Хватит, — грубо перебил ее он. — Довольно об этом… не сейчас. А может быть, и никогда. — Натянув на лицо ледяную маску, Хоук заколол разорванное платье своей булавкой. И хотя он почти не коснулся Александры, он почувствовал, как она отпрянула.
Из-за зеленой изгороди донесся взрыв пьяного смеха. А через пару мгновений послышалось хихиканье леди Уоллингфорд, к которому присоединился ухающий смех лорда Ливерпуля.
— Нельзя, чтобы меня увидели… вот так, — прошептала Александра, бессознательно хватаясь за отвороты смокинга Хоуксворта. И ее огромные глаза уставились на него с отчаянной надеждой.
— Я сейчас скажу Морлэнду, что тебе стало нехорошо и я должен отвезти тебя домой, — сказал Хоук. Его сильные руки погладили Александру по спине. Она то ли вздохнула, то ли всхлипнула в ответ и севшим голосом проговорила:
— Прошу вас, уйдем отсюда! Куда угодно, лишь бы подальше…
Хоук почувствовал, как она содрогнулась всем телом, когда он вставал и поднимал ее.
Земля покачнулась под ногами Александры, и она испугалась, что ее снова вырвет.
Серебристые глаза всмотрелись в лицо девушки.
— Ты хорошо себя чувствуешь?
Она молча кивнула, не осознавая, что белые губы и напряженное лицо противоречат этому. Перед ней вдруг встала жирная физиономия со свинячьими глазками, и она с трудом подавила готовое вырваться рыдание. Хоук крепче прижал ее к себе, коснувшись губами ее лба.
— Закрой глаза, — посоветовал он, заставляя девушку положить голову на его плечо. — Сейчас мы отсюда уберемся.
Александра, глубоко вздохнув, отдалась на волю его сильных, теплых рук. И, прижавшись к нему, услышала торопливые, сильные удары его сердца… В ответ на них и ее собственное сердце забилось быстрее.
Они исчезли за несколько мгновений до того, как валявшийся бесчувственной грудой Одре начал понемногу приходить в себя. Сначала он отчаянно закашлялся, потом неуверенно поднялся на ноги и встряхнулся, как пес.
«Как это похоже на Одре», — подумал мрачный человек, наблюдавший за происходящим из тени в конце аллеи. Как всегда, этот пьяница оказался до скуки предсказуемым. Черт бы его побрал, если бы он чуть-чуть поторопился… Но Джеймс Телфорд не собирался тратить время на сожаления. Он просто подождет, пока подвернется другой случай. А пока он будет собирать сведения, пополняя свои запасы. Например, он уже знал, что Одре отчаянно проигрался позапрошлой ночью.