— Сейчас мы отсюда уберемся.
Александра, глубоко вздохнув, отдалась на волю его сильных, теплых рук. И, прижавшись к нему, услышала торопливые, сильные удары его сердца… В ответ на них и ее собственное сердце забилось быстрее.
Они исчезли за несколько мгновений до того, как валявшийся бесчувственной грудой Одре начал понемногу приходить в себя. Сначала он отчаянно закашлялся, потом неуверенно поднялся на ноги и встряхнулся, как пес.
«Как это похоже на Одре», — подумал мрачный человек, наблюдавший за происходящим из тени в конце аллеи. Как всегда, этот пьяница оказался до скуки предсказуемым. Черт бы его побрал, если бы он чуть-чуть поторопился… Но Джеймс Телфорд не собирался тратить время на сожаления. Он просто подождет, пока подвернется другой случай. А пока он будет собирать сведения, пополняя свои запасы. Например, он уже знал, что Одре отчаянно проигрался позапрошлой ночью. Собственно говоря, он даже знал точную сумму…
И, чуть заметно улыбнувшись, человек с бесцветными глазами подумал о том, что все знать — это и есть самое прибыльное для него дело. Отыскивать и накапливать факты — пусть даже вполне тривиальные, — интереснейшее занятие, потому что их случается использовать самым неожиданным образом. Например, сегодня он получил очень интересные сведения. Да, похоже, сама судьба заставила его задержаться в Воксхолле, потому что ему удалось увидеть нечто весьма и весьма полезное. Да, он видел, как Хоуксворт чуть не убил Одре и как принял в свои объятия перепуганную красавицу. И от неподвижно стоящего в глубокой тени человека не ускользнуло, каким было при этом выражение лица герцога… Вот, значит, как обстоят дела… Но это же просто замечательно! Ведь чертов герцог, оказывается, весьма и весьма уязвим…
Нет, конечно, герцог был не из тех, кого легко обмануть, несмотря на то что в течение шести месяцев, сам того не подозревая, он служил для Телфорда источником информации — о военной кампании на Пиренейском полуострове. Но тогда Телфорду помогло слепое увлечение Хоука Изабель.
Однако как только герцог понял, в чем дело, он разделался с предателем быстро и безжалостно. Инцидент не получил широкой огласки, потому что Хоуксворт ни за что не допустил бы публичного скандала. Но наедине с деверем он во всю силу проявил свою ярость.
Человек, стоявший в тени, осторожно погладил щеку, на которой и по сей день остались шрамы. Его губы скривились от ненависти, когда он припомнил, как дико и яростно избивал его герцог Хоуксворт.