Автор
В мрачном Лондоне начала 19 века, Джорджина Андерсон прячет от беспробудной тараканьей бурмы, выстреливая редиску по щелям. В воздухе пьянящие ароматы старых книг и воняющейся мочой дороги создают неповторимую атмосферу. Этот мир не для слабаков — Джорджина Андерсон знает, как уцелеть в диких руках этого заурядного города....
Теперь ты удовлетворен, противный мужчина?
— Надеюсь, он не знал, что они твои братья? — осторожно спросил Энтони.
— Он знал! — отрезала Джорджина.
— Возможно, он не подозревал, что их так много?
— Он знал и это!
Энтони повернулся и устремил понимающий взгляд на брата.
— Это очень похоже на самоубийство. Разве не так, старик?
— Заткнись, осел безмозглый! — рявкнул Джеймс.
Энтони откинул назад голову и громко расхохотался. Вволю насмеявшись, он проговорил:
— Тебе не кажется, что ты оправдал мои надежды, старина?
— Какие надежды?
— А ты помнишь мои предостережения о том, что, когда ты обзаведешься женой, она будет похожа на маленькую гадюку, которая кусает тебя, вместо того чтобы благодарить?
Джеймс и в самом деле помнил эту реплику и даже обстоятельства, при которых она была сказана.
"— Припоминаю твои слова, помню, почему ты их произнес и как ты в тот день топил свою тоску в вине.
— Черт бы тебя побрал! — Выражение лица Энтони стало кислым, зато Джеймс заулыбался. — Ты был в изрядном подпитии в тот вечер. Как тебе удалось удержать это в памяти?..
— Ну вот, кажется, они опять ударились в воспоминания, — сказала Рослин Джорджине. — Пожалуй, лучше их оставить вдвоем.
— В твое отсутствие его не будут до такой степени раздражать мои шпильки, — заметил Энтони, пока женщины поднимались из-за стола.
— Это верно, дорогой. — Рослин улыбнулась мужу. — Кстати, Джеймс, вчера вечером я сообщила в Силверлей о твоем возвращении. Так что желательно, чтобы ты был сегодня дома, потому что Регги скорее всего не станет ждать вечера. Ты ведь знаешь, как она скучает по тебе.
После небольшой паузы Джорджина спросила:
— А кто такая Регги?
— Реган, — пояснил Джеймс, улыбнувшись при воспоминании о сцене ревности, которую некогда ему закатила Джорджина.
Энтони добавил, бросив мрачный взгляд на брата:
— У нас постоянный предмет разногласий, как ее называть. Но наша племянница — всеобщая любимица, ведь мы все четверо воспитывали ее после смерти сестры.
Джорджина с трудом могла себе это представить. Но поскольку эта Регги-Реган была всего лишь родственницей Джеймса, Джорджина потеряла к ней интерес.
