Теперь мы стоим у закрытой черной двери, и я чувствую, как шепелявый ветер играет с моими волосами. Внутри заведение напоминает галактику, полную изысканных ароматов и битых сердец. Я готова шагнуть в эту таинственную новеллу — "Миллион оттенков желтого", где светлый цвет словно зеркальный шлюпчика, провожает нас сквозь густые туманы мечты и боль....
Столько хлопот, беготни, утомительных дедуктивных раздумий — и даже без возможности снять стресс, как коллега Холмс: я и трубку не курю, и ничего не употребляю.
— У нас пирог еще остался? — спросила я. — Можно мне кусочек?
— Какой пирог?! Сначала объясни, при чем тут Чаплин! — потребовала Ирка.
— Вот он как раз совершенно ни при чем. Марсель Пиле-Гола и Чарли Чаплин были похожи исключительно тем, что носили усы одного фасона.
— Щеточкой! — подсказала Марфинька, еще раз звонко щелкнув пальцами.
— Вот так бы и сказала: у того мужчины были усы щеточкой, — укорила ее тетушка. — А то Пиле-Гола да Чаплин — кто их нынче знает?
— Пиле-Гола я и вправду не знала, — согласилась я. — А вот мужика с усами щеточкой встречала совсем недавно. Ну как встречала? Видела… Слава богу, недолго…
— Где, когда? — встрепенулась Ирка.
Я посмотрела на нее и успокаивающе похлопала по руке:
— Не надо волноваться… Поздно уже.
Упоминание кого-то мертвого в петле ужасно разволновало Марфиньку. Так я и знала, что не надо при ней калякать о делах наших скорбных! Пришлось срочно выдать ей подарочек Федоскиной — эрзац-слиток, это нашу любительницу побрякушек отвлекло.
Мадамы принялись обсуждать новую интересную тему: что делать с позолоченной болванкой? Соскрести с нее драгметалл — или сохранить ее в целости, как сувенир?
Вариант носить эффектный слиток на шее, к счастью, не рассматривался, думаю, исключительно по причине избыточного веса «побрякушки».
Мы с Иркой поднялись в светлицу. Я снова взяла лист бумаги и ручку, села за стол и предложила подруге:
— Давай отмотаем кино с усатым мужиком назад.
— Это как?"
"— Вот так.
— Увы!
— Мы это увидели утром, проник он ночью. А вечером… — Я провела линию вправо, раздвоила ее вилкой с двумя кружочками. — Вечером он залез сначала к Васе, потом к тете. Или наоборот, это не суть важно.
