Писательница случайно становится свидетельницей похищения ребенка в петербургской квартире. Её любопытство втягивает её в опасную игру, где каждый шаг может стать последним. Загадочное исчезновение, тайные мотивы и неожиданные повороты переплетаются в напряженный детективный сюжет о поиске...
Раздел Chitat.online для книги «Миллион оттенков желтого» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Писательница случайно становится свидетельницей похищения ребенка в петербургской квартире. Её любопытство втягивает её в опасную игру, где каждый шаг может стать последним. Загадочное исчезновение, тайные мотивы и неожиданные повороты переплетаются в напряженный детективный сюжет о поиске...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Писательница случайно становится свидетельницей похищения ребенка в петербургской квартире. Её любопытство втягивает её в опасную игру, где каждый шаг может стать последним. Загадочное исчезновение, тайные мотивы и неожиданные повороты переплетаются в напряженный детективный сюжет о поиске...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Бедняжка так натерпелся… Но маме это может не понравиться, — непонятно объяснила Джульетта.
— А при чем тут мама? Где она, а где ваш стол?
— Притом что папа-то в тюрьме! А я, значит, забочусь не о родном отце, который за решеткой, а о женихе, который уже на свободе!
— А-а-а, вон оно что, — я уловила суть проблемы. — Ладно, спрашивай меня, я не сочту тебя предательницей.
— Большое спасибо, — съязвила моя собеседница. И, посопев, наконец спросила: — Скажи, где купить розовый майонез для селедки под шубой? В Интернете я не наш… Да что такое-то?! Ты же обещала не смеяться!
Я выронила трубку, и разговор прервался.
— Ага! Она все-таки свалилась?! — На стук упавшего смартфона прибежал муж и сразу глянул на картину на стене.
Вообще-то он любит изобразительное искусство и даже ходит со мной на вернисажи, но выступает против присутствия художественных произведений в нашей новой квартире.
Сначала я думала — это потому, что у нас вкусы разные. Мне нравятся прозрачные расплывчатые акварели, а мужу — основательные живописные полотна: два метра холста, три кило масла, резная рама из обломков кораблекрушения. И чтобы тем маслом на том холсте кто-то вроде Левитана убедительно изобразил желтое поле, уходящую в лес дорогу и рядом с ней дерево, можно поваленное. Но тогда хорошо бы с медведями в количестве не менее трех штук.
Кое-как я убедила супруга, что медведям, полям, лесам и прочей крупной натуре в малогабаритной современной квартире не место, и уговорила купить у знакомой художницы прелестную акварель «Дождь в городе» — воздушная, светлая, она обещала смотреться в комнате как второе окно. Тут-то и выяснилось, что внедрению в наше жилище толики прекрасного Колян противится по банальнейшей причине: он просто боится, что картина свалится нам, спящим, на головы!
Пришлось пойти на компромисс и повесить акварель в наилегчайшей раме под пластиком вместо потенциально травматичного стекла не над кроватью, как я планировала, а над столом. За ним все равно никто не сидит, потому что и я, и муж предпочитаем работать, лежа на диване. Те, чей рабочий инструмент — ультратонкий макбук, вполне могут позволить себе такое маленькое барство.
Ультратонкий макбук — сам по себе большое барство. Я свой в кредит взяла.
— Не свалилась? — Колян убедился, что картина на месте, и в его голосе прозвучало легкое разочарование.
Хочется, хочется супругу, чтобы жизнь доказала его суровую правоту.
— С моей любимой картиной все хорошо. — Я выудила из-под стола залетевший туда смартфон и демонстративно поправила раму на стене. — Кстати, вы не забыли, что завтра мы идем на вернисаж?
— Я не могу, у меня вечером тренировка! — покричал из-за стены сын.
Я поморщилась и похлопала по уху.
