Автор
Роман повествует о восхождении и духовной деградации Жоржа Дюруа — красивого авантюриста, использующего соблазнение и манипуляции для достижения успеха в парижском обществе. Его блестящая карьера строится на циничной игре с женщинами и беспринципности, отражая моральный упадок человека,...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Милый друг»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Роман повествует о восхождении и духовной деградации Жоржа Дюруа — красивого авантюриста, использующего соблазнение и манипуляции для достижения успеха в парижском обществе. Его блестящая карьера строится на циничной игре с женщинами и беспринципности, отражая моральный упадок человека,...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Роман повествует о восхождении и духовной деградации Жоржа Дюруа — красивого авантюриста, использующего соблазнение и манипуляции для достижения успеха в парижском обществе. Его блестящая карьера строится на циничной игре с женщинами и беспринципности, отражая моральный упадок человека,...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Так вот, — начал он, устремив взгляд на Дюруа — Два дня тому назад к нам в Париж прибыли китайский генерал Ли Чэн фу и раджа Тапосахиб Рамадерао Пали, — генерал остановился в» Континентале «, раджа — в отеле» Бристоль «. Вам следует взять у них интервью, он повернулся лицом к Сен-Потену:
— Не забудь главных пунктов, на которые я тебе указывал. Спроси у генерала и у раджи, что они думают о происках Англии на Дальнем Востоке, о ее методах колонизации, об установленном ею образе правления, и питают ли они надежду на вмешательство Европы и, в частности, Франции.
— Наших читателей крайне интересует отношение Индии и Китая к тем вопросам, которые так волнуют в настоящее время общественное мнение, — после некоторого молчания проговорил он, не обращаясь ни к кому в отдельности. — И, снова уставившись на Дюруа, добавил: — Понаблюдай за тем, как будет действовать СенПотен, — это великолепный репортер, он тебе в пять минут выпотрошит кого угодно.
Затем он опять с важным видом взялся за перо, — он явно хотел поставить своего бывшего однополчанина и нынешнего сослуживца в известные рамки, указать ему надлежащее место.
Как только они вышли за порог, Сен-Потен со смехом сказал Дюруа:
— Вот кривляка! Ломается даже перед нами. Можно подумать, что он принимает нас за своих читателей.
Они пошли по бульвару.
— Выпьем чего-нибудь? — предложил репортер.
— С удовольствием. Такая жара!
Они зашли в кафе и спросили прохладительного. И тут Сен-Потен разговорился. Толкуя о редакционных делах и обо всем на свете, он выказывал поразительную осведомленность:
— Патрон? Типичный еврей! А еврея, знаете, не переделаешь. Уж и народ!
Сен-Потен привел несколько ярких примеров скупости Вальтера, столь характерной для сынов Израиля, грошовой экономии, мелкого торгашества, унизительного выклянчивания скидок, описал все его ростовщические ухватки.
— И при всем том славный малый, который ни во что не верит и всех водит за нос. Его газета, официозная, католическая, либеральная, республиканская, орлеанистская, этот слоеный пирог, эта мелочная лавчонка нужна ему только как вспомогательное средство для биржевых операций и всякого рода иных предприятий. По этой части он не промах: зарабатывает миллионы на акционерных обществах, у которых ни гроша за душой…
Сен-Потен болтал без умолку, величая Дюруа» дорогим другом «.
— Между прочим, у этого сквалыги подчас срываются с языка чисто бальзаковские словечки. На днях был такой случай: я, старая песочница Норбер и новоявленный Дон Кихот — Риваль сидим, понимаете ли, у него в кабинете, и вдруг входит наш управляющий Монтлен с известным всему Парижу сафьяновым портфелем под мышкой.
