Мина скользила между шумом больничной палаты и тихим шелестом бумаги в черных файлах. Кожа кушетки цеплялась за ее голую попку, ожидая того, что настигло ее. Вдали монитор отчеканивал время; сестра наблюдала безучастно, не замечая, как сама жизнь Мины перешла в другое русло....
– Что вы принимаете каждый день в одно и то же время? – решил он зайти с другой стороны.
Часы как раз пробили восемь. В дверь кабинета постучали, и в комнату вошла невысокая женщина с подносом, на котором стояла одна чашка. Прислуга робко поклонилась, подошла к низкому столику и поставила чашку напротив Катали. Варадар быстрым профессиональным взглядом оценил девушку. Она была счастливой обладательницей классической деревенской внешности: пышная фигура, румяные щеки, игриво-бесстыдный взгляд, направленный в сторону Марада.
– Что это? – спросил Райси.
– Укрепляющий чай, – пояснила Катали. – Для… Для будущего ребеночка. Бабушка Парки разбирается в травах. Она прислала сбор.
Райси хотел стукнуть себя по лбу и спросить, почему женщины до сих пор готовы пить травы от неизвестных бабок вместо того, чтобы обратиться к врачу. Сдержался комиссар только потому, что обещал Байрону быть тактичным.
– И давно вы его принимаете?
– Три недели. Каждое…
Девушка по имени Парка хотела выбежать из комнаты, но оказалась то ли неудачливой, то ли неуклюжей и наткнулась на тумбу с вазой.
– Задержите ее. И содержимое кружки на экспертизу, – лениво приказал Райси офицерам.
Девушка, к счастью, сопротивляться не пыталась. Следом за офицерами появился дежурный эксперт. На все манипуляции с чашкой ушло не более пяти минут. После того как эксперт вышел, Райси посмотрел на присутствующих и сказал:
– А теперь вы все снова хорошо подумаете и ответите мне, кто еще мог хотеть навредить вашей семье.
Усталость как рукой сняло. В венах начал закипать азарт охотничьего пса. Варадару, если говорить совсем откровенно, было плевать на судьбу мальчика как таковую. Но он уже зубами вцепился в загадку, которую должен был разгадать во что бы то ни стало. Азарт этот подпитывало и ощущение перемен.
– Катали нужно отдохнуть, – тактично сказал Олив. – Вы не против, если жена уйдет в спальню? Она всю ночь не спала.
Комиссар только ухмыльнулся. Зря он это предложил. Катали была вымотана и перепугана, но речь сейчас шла о ее ребенке. Женщина сбросила с плеча руку мужа и сказала:"
"– Нет. Я останусь! Речь идет о моем ребенке! И я хочу знать, что происходит в этом доме!
Судя по тому, как изменились лица кардальцев, узнать ей предстояло многое.
