Автор
В этой книге explores the delicate balance between vulnerability and resilience, examining how individuals navigate intense emotional states triggered by psychological trauma or birth defects affecting minдалевидное тело. Проявляя эмоции в угрожающей или волнующей ситуации через занятия и тренировки, автор раскрывает необычайную силу человеческого духа....
Разговор вышел короткий, закончился быстро, но когда она убрала трубку, ребенка нигде не было. Она даже не помнила, как отпустила его руку."
"Тогда еще не было столько камер наблюдения, как сейчас, поэтому оставалось много непросматриваемых зон. Расследование шло долго, но местонахождение ребенка установить никак не удавалось. Супруги предпринимали все усилия, чтобы найти сына, но надежда постепенно таяла. Им оставалось только молить судьбу о том, чтобы ребенок все-таки остался жив и попал к хорошим людям, но ужасные мысли, понятно, не отступали.
От этих мыслей ее здоровье постепенно подтачивалось, она слегла. Профессор тоже считал ее виноватой, но, потеряв ребенка, он не хотел потерять еще и жену. Хотя и утешать ее тем, что их сын когда-нибудь найдется, тоже не спешил.
Незадолго до того, как профессор Юн встретился со мной, ему позвонили из интерната для подростков и сказали, что, возможно, его потерянный ребенок нашелся.
29Интересно, разговор со мной и впрямь отнял у матери Гона последние силы? Хотя сколько их там у нее оставалось… В любом случае в тот же день она впала в кому и через несколько дней умерла. Профессор Юн сообщил мне об этом тихим, спокойным голосом.
Не знаю почему, но я пошел на похороны. По большому счету никакой необходимости в этом не было, просто пошел, и все. Возможно, потому что она слишком сильно меня обнимала.
Эта траурная церемония очень отличалась от похорон бабули: в тот раз поминки были совместные, но, несмотря на общую многолюдность, толкотню и суету, перед портретом бабули стоял лишь я один.
