В Мини-модели главный герой растоптывает свои глубокие убеждения о моде, когда его обувная компания взлетает благодаря удивительной скидке на туфельки. Интуитивно он чувствует не только смешность такой цены, но и радость от этого решения, внушая читателя стремительными рывками в мир веселья и экономии....
Конечно, Ваня этого уже никому не скажет – ему теперь за каждое доброе слово денежки подавай, – но начинал он именно с «Олимпа», и неизвестно еще, как сложилась бы его карьера, если бы не эти занятия. Сколько лет?
– Кому? – опять затупила Натка, завороженная перспективами, явленными ей на примере неблагодарного Вани Митрохина.
– Ну кому? Не Екатерине же Андреевой с Первого канала, про нее уже все знают, что она скрывает реальный возраст. Мальчику вашему сколько?
– Ах, мальчику? Ему восемь.
– Отличный возраст, – одобрила Василиса и сделала отметочку в своем опросном листе.
– Какой типаж? – Натке и самой уже сделалось неприятно, что она ни на один вопрос нормально ответить не может.
Будто тупица слабоумная, в самом деле! Вот сейчас как развернут ее мальчика на подходе к школе талантов, заподозрив дурную наследственность!"
"– Да не волнуйтесь вы, у нас тут не «Что? Где? Когда?», на все вопросы есть ответы, – успокоила ее Василиса.
– Вот такой. – Натка ладонью от пола показала рост своего мальчика. – Скуластый, курносый, в веснушках, голубоглазый, светловолосый, вихрастый… Хорошенький.
– Отлично! – Василиса энергично почеркала в бумажке. – Теперь характер. Что у вас?
– У нас… – Натка замялась, не зная, как определить характер Сеньки, не прибегая к терминологии бойцов спецназа и МЧС.
– Ну, он тихоня или наоборот?
– Очень даже наоборот!
– И хорошо, для актерской работы лучше всего подходят общительные, жизнерадостные и контактные дети.
– Эм-м-м…
– Вот так всегда, – доверительно пожаловалась Василиса Станиславскому на стене.
