Минус на минус — это дрожащее сердце ночи, где любовь затягивает в безвыходную глубину, а злость вырывается через все границы. В мире, где каждый шаг может быть последним, Эва Моргалис исследует не просто физическую пространственную тень, но и метафизический минус, ощущаемый в самой душе каждого человека....
Убогое двухэтажное здание, чем-то похожее на трактир для дальнобойщиков: стойка с бородатым пузатым барменом, несколько бильярдных столов, много пива и контингент… ну как бы так помягче выразиться… не всегда адекватный.
– Нас вынесут отсюда вперед ногами… – прошептала бледная Полина. Нет, она всегда была бледной – это такой обязательный атрибут гота. Но сегодня ее мраморная кожа превзошла саму себя и стала отдавать легкой нездоровой синевой.
– Если что, сразу беги ко мне. Отобьемся.
– Ты что? – ахнула подруга. – Никакой магии, забыла?!
– Поля, глянь на меня! Ну какая, к черту, магия? – Я подняла кулак и задорно (насколько могло получиться в такой ситуации) улыбнулась.
– Сильно в этом сомневаюсь, – проблеяла Полина и кивнула на импровизированную стоянку возле клуба. То есть на место, где по идее не должны, но стояли транспортные средства. Так вот – ни одной машины там не было. Зато было много-много-много мотоциклов.
– Идем внутрь! – Я кашлянула и дернула подругу за рукав черного плаща с капюшоном, качественно скрывавшего ее целиком.
Перебежками, словно страшась, что с неба вот-вот сорвется молния и обрушится на наши дурные головы, мы прошмыгнули к дверям. Я быстро сунула охраннику деньги, поймала на себе его заинтересованный взгляд, натянула капюшон посильнее, и первая ступила в сильно прокуренное темное помещение. Там на сцене уже бушевал мой старший братец со своей компанией.
«Готова?» – одними глазами спросила подругу. Та неуверенно кивнула, и мы отправились на штурм сцены.
У самого возвышения толпа была особенно плотной. В основном – парни от семнадцати до двадцати шести лет, в коже, шипастых ошейниках, с экзотическими прическами и выпивкой в руках. Были и девушки, все сплошь брюнетки со щедро подведенными глазами и ярко-алой помадой. Полина многих знала, кое-кого – знала хорошо и сейчас активно проклинала себя за податливость, а меня – за буйную фантазию.
Наверное, хорошо, что мне не удалось рассмотреть «Shadows» до того, как мы подобрались к ним почти вплотную. Потому что выглядели они не просто устрашающе – на сцене отрывались демоны. Я подняла голову и едва не перекрестилась: Шурик в боевой раскраске выглядел, мягко говоря, эффектно. Кожаные брюки сидели как влитые, черная футболка подчеркивала развитую не по годам мускулатуру.
