Минус на минус — это дрожащее сердце ночи, где любовь затягивает в безвыходную глубину, а злость вырывается через все границы. В мире, где каждый шаг может быть последним, Эва Моргалис исследует не просто физическую пространственную тень, но и метафизический минус, ощущаемый в самой душе каждого человека....
– Не надо! – решила пойти на попятную. – Я спущусь. Только ты пообещай, что драться не будешь.
– Да что ты! – язвительно скривился братец. – Как можно?!
– Отойди к столу!
Шурик скрестил руки на груди и демонстративно сделал шаг назад. Я хмуро кивнула и поставила ногу на подставку.
А потом… как меня скрутили – я даже не поняла. Только в какой-то момент пол и потолок поменялись местами, и я всем весом рухнула на нижнюю полку. Алекс с безумным взглядом навалился сверху. Кошмар! Худшее, что можно было увидеть перед смертью – его бешеное лицо.
Бедняга-тиран на мгновение замер и стиснул зубы так, что я услышала хруст эмали.
– Прости, пожалуйста! – выкрикнула прежде, чем мозг подсказал: все! Если раньше у него и были сомнения, кто приложил руку к его «травме», то теперь я самолично развеяла их подчистую.
– Ты!!! – второй раз за утро прошипел братец. Я вздрогнула и жалобно пропищала:
– Могу все исправить!
– Только это тебя и спасет!
Казалось, он ждал этих слов: тут же сдернул меня с полки и улегся на нее сам.
– Приступай!
М-да… фиговастенько мы вчера пошутили. Несчастная спина выглядела так, что мне ее чисто по-человечески стало жалко.
– Лежи смирно. Будет немного жечь.
– То есть сейчас ты считаешь нужным меня предупредить? – с сарказмом переспросил Алекс, уткнувшись лицом в мою подушку.
– Я постараюсь быть очень аккуратной.
– Это в твоих же интересах!
– Будь благодарнее!
Ну, с последним я перестаралась – признаю. Особенно когда легонько хлопнула его по спине. А не надо было пытаться встать! У меня нервы слабые, я действую рефлекторно! Больной прошипел что-то угрожающее, вгрызаясь в подушку зубами, и выдал:
– Инквизиция по тебе плачет!
Я философски вздохнула: угадал. Семья Моргалис в свое время здорово попортила нервы этим поклонникам костров и ряс. Впрочем, сейчас нужно было думать не о былых подвигах, а о насущных проблемах.
Очень аккуратно я подтянула края футболки, чтобы открылись плечи, и нанесла первую порцию крема. Надо сказать, Поля не солгала. Кожа, до этого красная и как будто жженая, выпрямлялась и светлела буквально на глазах. И на ощупь, кстати, действительно становилась нежной и гладкой.
Осторожно втерев мазь в плечи, я спустилась к пояснице. Алекс к тому моменту уже едва не мурлыкал от удовольствия.
