Минус на минус — это дрожащее сердце ночи, где любовь затягивает в безвыходную глубину, а злость вырывается через все границы. В мире, где каждый шаг может быть последним, Эва Моргалис исследует не просто физическую пространственную тень, но и метафизический минус, ощущаемый в самой душе каждого человека....
А между тем пейзаж за окном успел поменяться. Там, вдалеке, за горизонтом, уже виднелись горы. Сейчас они казались невысокими и пологими, но я-то знала правду. Эти вершины были величественны и коварны, они хранили много секретов, таили опасности, о которых и не подозревали наивные, посягнувшие на них туристы. А еще – именно там проходили ведьмовские шабаши, которые так любила посещать моя мама. Потому что были в этих горах места, куда добраться могли только чародеи.
– Четверть часа, – послышалось из-за спины.
– Так, может, уже впустишь остальных?
И вот этот простой вопрос ввел Шурика в состояние полнейшего ступора. У него даже глаза увеличились в размере.
– Черт! – ругнулся он, бросаясь к двери. – Остальные!
А я просто покатилась от смеха: он про них забыл! Невероятно, но факт: пока охотился за мной, даже родной брат вылетел у него из головы! Ха-ха! Интересно, Алекс сам догадается сделать меня виноватой или ему кто-то подскажет?
Первым из поезда выпрыгнул Алекс, затем Богдан, тащивший два рюкзака.
– Давай помогу!
– Ну на! – хмыкнула Поля. И взвалила ему на плечо второй рюкзак. А потом пристроилась рядом со мной и приступила к допросу:
– Чего у вас тут было с Алексом?!
Я шагнула на платформу, отбросила челку со лба и мрачно ответила:
– Меня пытали.
Кажется, подруга не прониклась:
– И как? Тебе понравилось?!
Мой тяжелый взгляд должен был стать лучшим ответом, но, видимо, не успел.
– Привет, девочки. О чем задумались? – Егор просто светился от предвкушения веселых выходных. Я скосила на него глаза: надо же, какой радостный. По ходу, выспался… А вот Оля выглядела уставшей: зевала каждые пять минут, морщилась, когда солнечный луч пробирался под ресницы.
