Мы стояли перед воротами величественного Леса, защищенного двумя гигантскими стражами — фигурами метров двух надутыми масками. Инесса ткнула пальцем в его достоинство, словно подтверждая его мужественность, и он даже не вздрогнул. Атмосфера Леса была напряженной — каждое дыхание напоминало о том, что опасности здесь больше, чем умиротворения....
Я прыснул от смеха, что вывело ее из себя, и я получил струю пламени прямо в лицо, и я скажу вам, это было не то пламя, что у меня, это пламя было ярче и горячее, и даже сквозь неуязвимость я ощутил его жар, это было пламя драконоборца, вот угораздило же ее тогда мне отсосать и получить этот класс?
Я с издевательским смехом развернулся в воздухе и помчался к резиденции герцога, ну и пусть она меня убьет, зато, это будет не зря, пусть нанесет как можно больше урона и резиденции, и имперской страже, охраняющей ее.
Зависнув над зданием, я развернулся к Генриетте, отпустил в ее адрес совершенно хамское высказывание, и дождавшись того, что она приготовится к очередному удару, активировал бестелесность.
Струя пламени пролетела сквозь меня и устремилась вниз, на резиденцию, и Генриетта, совершенно не обращая внимания на то, что мне это не наносит никакого ущерба все продолжала и продолжала изливать огонь. Здание подо мной, а заодно и площадь вокруг него превратилась в ад, плавились камни, и металл, башни и бастионы не просто сгорали, они переставали существовать в мгновение ока, а ник над головой Генриетты, стал так быстро краснеть, вернее уже даже не краснеть, он начал чернеть, видимо слишком много жертв сгорали в ее пламени.
Время бестелесности неумолимо заканчивалось, а Генриетта так и не прекращала лить на меня огонь, я глянул вниз и увидел, что там вместо резиденции, площади и близлежащий домов разверзлось целое озеро из пламени и не простого пламени, а белоснежного, огня способного сжечь дракона.
И вот в этот момент мне в голову пришла одна идея, давным-давно выигранный приз в состязании, перстень, в который была заключена демонесса.
Выгадав момент, когда бестелесность закончилась, я ушел в вираж и будучи над самой поверхностью огненного озера призвал в него Красную госпожу, мельком я увидел как на поверхности пламени появилась миниатюрная фигурка и тут же мне пришлось снова закладывать вираж и уходить свечкой вверх, пламя, которое бушевало подо мной, оно обжигало, и обжигало по настоящему, я почувствовал, как надуваются и лопаются на моей коже волдыри, и услышал радостный смех Генриетты.
