Эта новость вызвала еще больше вопросов: кто эта девушка? Зачем Кимберли понадобилось с ней связываться? Может быть, незнакомка совершила что-то противозаконное, и поэтому ей стали нужны поддельные документы? Или она интересовалась о паспорте и правах не для себя, а для Кимберли?
На все эти вопросы мы до сих пор не имеем ответов. И я надеюсь, что когда-нибудь мы их получим.
– Десмонд сказал, что Гаспар Монтано будет заниматься расследованием. Он должен был прилететь в Бостон после Рождества. Ему что-то удалось выяснить, кроме того, что мы знаем? – тихо интересуюсь у Кэша.
– Нет, – Кэш качает головой. – Ничего нового.
– Я верю, что рано или поздно появится новая зацепка, – я поднимаю руку и провожу по плечу Кэша.
Несмотря на то, что я стараюсь говорить ободряюще, внутри чувствую себя паршиво. Знаю, что не должна испытывать чувство вины, но все равно грызу себя за то, что ничем не могу помочь Кэшу.
– Брось, Жасмин. И так все ясно.
– Что именно? – непонимающе спрашиваю я.
– Ким… – Кэш на секунду замолкает, потому что его голос ломается, когда он произносит вслух ее имя. – Каким-то образом ей удалось сделать фейковые доки, и она свалила подальше от своего мерзкого папаши. Вот и все. Больше не будет никаких зацепок, потому что их нет.
Сказав это, Кэш выплевывает жвачку и прилепляет ее к дверце моего шкафчика.
– Эй, это же мой шкафчик! – возмущаюсь я.
– Прости, малышка. Просто у меня уже вошло в привычку так делать.
Кэш смотрит на меня извиняющимся взглядом, который наверняка заставляет растекаться лужицей женскую половину «Дирфилда». Но на меня его чары не действуют, поскольку меня очаровал другой засранец Аматорио.
– В привычку? – переспрашиваю я. – Вообще-то раньше этим шкафчиком пользовалась твоя сестра.
– Я знаю, – Кэш хитро улыбается уголками губ, а затем оглядывается по сторонам. – Ты не видела Тайлера?
– А ты уже успел по нему соскучиться?
– Кто-то же должен почистить дверцу твоего шкафчика, – продолжая говорить, Кэш осматривает школьный коридор в поиске Тайлера.
– Он не будет чистить мой шкафчик, – возражаю я. – Жвачку прилепил ты. И ты должен отодрать…
– Воу, полегче, – Кэш с самодовольным видом пялится на меня. – Ты точно хочешь, чтобы я это сделал? Хочешь, чтобы я отодрал…
Он двусмысленно замолкает, и пару месяцев назад я бы непременно влепила ему пощечину, чтобы избавить его от наглой ухмылки. Но я привыкла к скабрезным шуточкам Кэша. Все просто: чем меньше я на них реагирую, тем быстрее у него пропадает интерес дразнить меня.
