В темном переулке, взгляд пронзает ночь. Тихий тили-тили-бом дрожит в ушах. За каждым шагом следят опасные руки из Dangerous Hands. Эта книга — мерцающая смерть мира. В ее страницах исчезновение кажется обыденностью, а коварство приходит словно грация на коверканные судьбы.
Похоже, «Мир Аматорио. Исчезнувшая» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И как любой успешный бизнес-проект требует вложений и подготовки, так и отец ""прощупывает почву"", собираясь присмотреть для меня будущего кандидата в мужья.
Отца не волнует, что я еще учусь в старшей школе. Какая разница, сколько мне лет. Главное, чтобы кто-то из сыновей членов Конгресса или наследников крупных компаний сегодня поставил на мне ""бронь"".
– Почему я должна держаться подальше от Аматорио? – я возвращаюсь к предупреждению отца.
Странно, что он пытается ограничить мое общение с этой семьей. Во-первых, глава семьи Аматорио не только бизнес-партнер моего отца, но и его друг.
По всем законам папиной логики они оба подходят для кандидатов в мужья. Но почему-то отец говорит, чтобы я к ним не приближалась.
– Тебя не было в Бостоне три года… – сухо начинает он.
– Пять лет, – я поправляю его.
– Тебя не было в Бостоне пять лет, – продолжает отец. – И ты ничего не знаешь об этой семье.
Я с непониманием смотрю на отца. Что это значит? Аматорио вступили в секту и поклоняются Сатане?
– Я уважаю Маркоса, как друга и как бизнес-партнера. Но что касается воспитания своих детей – Маркос провалил этот тест.
Отец подходит и заправляет мне за ухо светлую волнистую прядь. Мои волосы доходят до копчика, но я заранее побеспокоилась о том, чтобы собрать их в прическу. Теперь мои крупные кудри закреплены на затылке, оголяя шею и плечи.
– Маркос вырастил настоящих монстров. Без убеждений, норм и границ. Его сыновья творят, что хотят: устраивают распутные вечеринки, затевают драки, спонсируют нелегальные гонки. И это лишь то, что успело попасть в прессу за последние несколько месяцев. Маркос спускает огромные суммы, чтобы очистить историю своей семьи.
С каждым словом тон отца становится серьезнее и грубее, пока в моей голове всплывает одно воспоминание за другим.
Мне шесть лет, я падаю с велосипеда на полном ходу.
На Рождество вместе с родителями я прихожу в дом Аматорио. Кэш зовет меня поиграть на задний двор и просит закрыть глаза. Я опускаю веки, чувствуя, как в мою ладонь утыкается что-то прохладное и влажное. Я тут же испуганно распахиваю глаза и вижу маленького золотистого лабрадора. Он радостно виляет хвостом, и я подпрыгиваю от восторга.
