В сердцах Мира Цитадели жива мертвая тьма, но любовь двух человек пробуждает радость из глубин бесконечности. Вокруг вихрятся свет и тьма, но только рядом друг с другом они несутся к неизвестности, ощущая холодный стык вселенных.
Лестница хотя бы широкая и не слишком крутая, получается заглядывать выше по пролету. Ярко-зеленое пятнышко целеуказателя скользит по серо-песочным стенам, перескакивает на балясины перил. Второй этаж, двери на очередной уровень склада распахнуты и закреплены, за ними бесконечные ряды стеллажей. Там что угодно может прятаться…
Заглянул аккуратно, заодно и принюхался. Запах послабей вроде бы. Может, это не самим гоблином пахнет, а он просто территорию свою метит? Поэтому на входе и воняет сильней? Очень может быть.
– Закрою двери, – сказал я.
Федька у меня за спиной прошел дальше, взял на прицел следующий пролет лестницы, Власов встал возле него так, чтобы стрелять и вверх, и вниз, Лина сразу сдвинулась к стене, все, как отрабатывали раньше. Это хорошо, это уже слаженность.
Створки вместе, на рукоятки пластиковые наручники и затянуть до упора с треском. Все, теперь оттуда вряд ли что-то прорвется, эту пластиковую ленту так просто не порвешь, даже если очень стараться.
– Дальше, – махнул я рукой, снова выдвигаясь вперед.
Следующий пролет, опять взгляд за изгиб лестницы. Теперь выше, выше, поворот, прицел вверх. Там двери в склад тоже открыты. И запах вроде бы усилился. На сером полу желтоватое пятно, засохшее и расплывшееся. Точно, эта зараза или здесь, или тут бывает, территорию метит.
– Внимание.
Тихо, ступенька за ступенькой. Робота бы пустить, но его сперва на площадку поставить надо, так что все равно подниматься. А так я быстрей до площадки дойду и двери захлопну. Нам в складе делать нечего, лишь бы оттуда ничего не выбежало.
Еще шажок, еще… только бы гоблин прямо за дверным проемом не стоял, они все же засадные хищники, твари такие. Дышать страшно, по спине мороз. Если прямо сейчас бросится, то расстрелять его точно не успеем, вся надежда на «ползунки».
Хм… а вот если…
– Федь, хлопушку прямо в дверь, а? Давай одну.
– Понял, – прошептал Федька.
Тихая недолгая возня, щелчок электрического запала, затем увесистая пластиковая тушка гранаты покатилась по полу, отрикошетила от двери в склад. Все разом отвернулись.
Бах! Даже через активные наушники проняло, по ушам садануло, яркая вспышка осветила стены, словно фотограф какой-то подсуетился, снял момент. И следом, усиленный уже все теми же наушниками, звук когтей по полу, что-то с пробуксовкой рвануло с места, удаляясь.
