— Как, неужели ты ничего с собой не взял? — спросила Куши. Гарп лихорадочно соображал, что именно он должен был взять с собой.
— А что я должен был взять? — все-таки спросил он.
— Ох, Гарп! — вздохнула Куши. — У тебя что, резинок нету?
Он виновато поглядел на нее. Он ведь был мальчишкой, всю жизнь прожившим вдвоем с матерью, и единственная «резинка», какую он видел в жизни, была однажды надета на дверную ручку их квартирки рядом с изолятором, по всей вероятности, гнусным мальчишкой по фамилии Меклер, который давным-давно закончил школу и уехал куда-то продолжать свое саморазрушение. Тем не менее о таких вещах следовало знать. Он ведь не раз слышал от мальчишек о презервативах
Ствол пушки и впрямь был весь забит использованными кондомами. Сотни презервативов! Выставка остановленного размножения. Подобно собакам, помечающим мочой границы своей территории, парни из Стиринг-скул оставляли свою сперму в дуле пушки, охраняющей Стиринг-ривер. Современный мир, таким образом, оставил свой след и на этом историческом памятнике.
— А ты, оказывается, ничего и не умеешь, — поддразнила она его. — О чем же ты писать-то будешь?
Гарп и впрямь заподозрил, что через несколько лет это вырастет для него в настоящую проблему.
Он тоже собрался было одеться, но Куши заставила его лечь на землю, чтоб как следует его рассмотреть.
— Ты и вправду очень красивый, — сказала она. — И не бери в голову — ничего страшного не произошло. — Она поцеловала его.
— Я могу сбегать за резинками, — сказал он. — Это же быстро. И тогда мы сможем сюда вернуться.
— У меня поезд в пять, — сказала Куши, но сочувственно ему улыбнулась.
— Я же не знал, что тебе нужно так быстро вернуться, — сказал Гарп.
— Видишь ли, даже в Диббсе существуют некоторые дурацкие правила. — В голосе Куши звучала обида — за свою школу и ту репутацию, которую эта школа заслужила своими свободными нравами. — И потом… ты же встречаешься с Хелен, верно? Я знаю, что встречаешься.
— Но не так, как с тобой, — признался Гарп.
— Гарп, никогда и никому не рассказывай всего, — сказала Куши.
Та же проблема была и с его писательскими опытами: мистер Тинч говорил ему то же самое.
— Ты все воспринимаешь слишком серьезно, — сказала Куши, в кои-то веки оказавшись в ситуации, когда имела полное право прочесть ему нотацию.
По речной глади внизу скользил восьмивесельный «шелл», пробираясь по узкому каналу, оставшемуся от Кишки; гребцы торопились к эллингу Стиринг-скул, пока прилив не кончился и лодка не села на мель.
