В мире-творце, где время и пространство не определяются обычными законами, я становлюсь императором Восточной Римской Империи. Но младшим соправителем Царя я останусь навсегда — мои действия теперь ограничены. Приняв титул Императора, я забываю о своем истинном предназначении, растворяясь в этой уникальной реальности где каждое действие имеет огромное значение....
Православной церкви. Тех самых, что не так давно, действуя по указке Султана, объявили его демоном. Не всех, конечно, но присутствующие точно все участвовали в этом мероприятии.
– Ну, граждане алкоголики, хулиганы, тунеядцы, кто хочет сегодня поработать? – спросил молодой Палеолог на русском языке XXI века.
Никто, разумеется, ничего не понял.
Гости лишь переглянулись.
Император же усмехнулся и, переходя на местный греческий язык, продолжил:
– Можете начинать каяться. Вы ведь за этим пришли? Кстати, а почему так долго медлили? Чего ждали?
– Мы… хм… были достаточно далеко, – осторожно произнес патриарх Константинополя.
– Патриархи Александрии и Иерусалима еще в пути. Но в скором времени они прибудут в Константинополь дабы поклониться Василевсу.
– Императору, – поправил его Андрей. – Не забывайте, я принял титул Императора, а не Василевса. Это очень разные вещи.
– Тебя больше прельщает латинский титул?
– Отнюдь.
– Тогда почему?
– Прежде всего потому, что Василевс – это проклятый титул.
– Что?! – ахнул патриарх."
"– Римская Империя была наказана за грехи великие. Трижды Всевышний давал ей по башке в надежде, что она одумается. Но тщетно. И чем дальше, тем хуже все становилось. И теперь все, что связано с поздней Империей – есть табу для любого, кто не хочет навлечь на себя то грозное проклятие. И во время коронации я собираюсь провозгласить о создании новой династии – Неологов.
– Но откуда тебе известно о проклятии?! – невольно воскликнул патриарх Антиохии, который прибыл вместе с константинопольским коллегой.
– Глупый вопрос, – смешливо усмехнулся Андрей.
– Извини, – буквально заткнув ему рот, произнес Иоасаф. – Но почему именно Император? Почему не Доминус?
– Я хочу вернуться к эпохе ранней Империи. Насколько это вообще возможно. Возродить Сенат и многие другие древние традиции, пусть и в современной обертке. Ведь все течет, все меняется и то, что применялось полторы тысячи лет назад, увы, в наши дни не применить в изначальном виде.
– Мы были вынуждены подчиниться Султану. – осторожно произнес главный иерарх Константинополя. – Ты ведь и сам знаешь, что предыдущего патриарха он казнил за ослушание.
– Насколько я знаю, вы не только выполнили приказ Султана, но и проявили инициативу. Особо рьяное рвение. Не так ли?
– Это наветы.
– Да неужели? Впрочем, вся эта история меня немало веселит.
