В мире-творце, где время и пространство не определяются обычными законами, я становлюсь императором Восточной Римской Империи. Но младшим соправителем Царя я останусь навсегда — мои действия теперь ограничены. Приняв титул Императора, я забываю о своем истинном предназначении, растворяясь в этой уникальной реальности где каждое действие имеет огромное значение....
Они собрали большое племенное ополчение и пошли «в гости», дабы решить вопрос самым кардинальным образом. То есть, сжечь Новый Псков. Причем сделали это максимально быстро, решительно и во многом внезапно.
И вот теперь Ермак Тимофеевич наблюдал за тем, как по водной глади к острову Марфы устремились крупные каноэ, забитые воинами. Десятки каноэ. Сотни.
Было страшно.
Очень уж многочисленным являлся этот набег. Тут на вскидку до тысячи бойцов наблюдалось, или даже двух тысяч. А о лихости и ярости этих «кадров» Ермак знал не понаслышке.
Могикане, прослышав об предстоящем набеге, разбегались, уходя с линии удара. Времени на сбор собственного ополчения у них не было. Разве что предупредили Новый Псков, не забыли. Посему в крепости лишних людей не было. Женщин и детей они также увезли от греха подальше. Мало ли? И священника, кстати, тоже.
Казаки же готовились к обороне, поддержанные небольшим отрядом воинов-могикан. Больше просто не успели собрать.
– Зарядили? – громко спросил Ермак, не оборачиваясь.
– Как сказывал.
– Славно. – кивнул он.
Огнестрельное оружие они покамест не применяли. Обходились саблями, копьями и луками. Их хватало. Однако для защиты крепости Андрей в свое время выделил довольно прилично тюфяков – довольно легких и слабых орудий для боя картечью. С обещанием, когда поставят каменные стены, прислать хорошие, новые, славные «бабахи», как картечного боя, так и по кораблям палить, ежели явятся…
Вот первое каноэ уткнулось в берег острова.
Вот второе.
Вот третье.
И на берег посыпали люди, доставая из лодок длинные палки с навязанными на них маленькими перекладинами.
Накопились.
И когда их собралось не меньше трехсот человек, начали приступ, резво побежав вперед.
Сто метров.
Тридцать.
Вот они начали прыгать в сухой ров у крепостной стены и ставить свои поделки.
– Пали! – рявкнул Ермак.
И тюфяки ударили. Прямо вдоль стены. Каменным дробом, сиречь щебенкой.
Грохот.
Клубы дыма.
Вонь.
И вой множества раненных.
Остальные же замерли, ошалев в нерешительности. Они первый раз в жизни видели огнестрельное оружие.
Шок.
Ступор.
Казаки же, не теряя времени, начали пускать стрелы из своих турецких луков. Благо, что с десяти-двадцати метров попасть по ростовой фигуре особого труда не составляло. А учитывая отсутствие всяких доспехов…
Ирокезы почти сразу откатились к берегу.
Посовещались.
Долго.
