Любой другой охотник сказал бы что-то вроде: «Пасть заткни, я тебе вопрос задал». Впрочем, я действительно отвлекаюсь. Как, вы сказали — кого-то убили? Ох, Господи, вот в чём дело, здесь свинец! — это Алоизий раскрыл тайну тяжёлого набалдашника трости.
— Я не сказал «убили». Я сказал «чуть не убили». Как вы её потеряли? Кто был рядом?
Доктор вдруг совершенно неуместно расхохотался.
— Молодой человек, вы когда-нибудь были в Летнем саду в вечернее время?
— Господь миловал, не до садов мне.
— В таком случае я понимаю ваш вопрос. Дело в том, что в Летнем саду собирается несметное число людей.
— И что они там делают?
— Это понятно. А зачем?
— Простите… что «зачем»?
— Ну, зачем гуляют. Что там есть?
— Решительно не могу проникнуть в суть вопроса. В каком, простите, смысле — что есть? Там великолепные скульптуры, растительность, фонтаны. Эта непередаваемая атмосфера…
— А мороженое? Хот-доги? Кинотеатр под открытым небом?
Алоизий смотрел на меня в полнейшем недоумении.
— Сотни людей ходят каждый день в парк просто для того чтобы там ходить и смотреть на одни и те же кусты и скульптуры?..
В этот момент я ощутил, что живу как-то… не так. Не то, чтобы неправильно, просто не туда, куда живут большинство местных аристократов. Они живут по кругу, зацикленно, а я — вперёд и вверх. Если и возвращаюсь в то место, где уже был, то либо за чем-то новым, либо отдохнуть. А не просто чтоб было.
— Anyway, — тряхнул я головой. — Вспомните, что происходило в тот день, когда вы потеряли трость.
— Impossible! Ещё и знание иностранных языков… Не отвлекаюсь, не отвлекаюсь, простите! Итак, трость. Да-да, я как сейчас помню, это было возле скульптуры «Юность». Я прислонил трость к постаменту и отвернулся буквально на минуту.
— Эм… Прошу прощения за интимную подробность, обнаружил грязное пятно на брюках. Вероятно, какой-то негодяй извозчик забрызгал. Я достал платок, как мог, привёл себя в порядок. Хотя настроение, конечно, уже было испорченным. И оно нисколько не улучшилось, когда я, обернувшись, заметил пропажу трости.
Я сел на стул для посетителей и глубоко задумался. Доктор из уважения к процессу пару минут помолчал, а потом вежливо поинтересовался, что же стало предметом моих размышлений.
— Да херня какая-то получается, док, — честно сказал я. — Предположим, вас решили подставить. Окей. Но тогда, получается, нападение на Ползунова планировали ещё месяц назад.
— Ползунова? Неужели напали на Ивана Ивановича, инженера? Изобретателя паровой машины?
— Угу.