Взрыв готовится в тайне — до того как перо сейсмографа покажет первую трещину на земле. Три сердца бьются в напряженном ожидании, когда четвертый — военный — замер в кадре, готовясь привести в действие механизм взрывателя. Атмосфера напряжения и тревоги окунает читателей в мир приключений 1969 года....
"
"Нерст включил проектор. На телеэкране появилось изображение обезьяньего вольера. За прутьями решетки сидела, почесываясь, рыжая обезьяна. Иногда, если она меняла позу в промежутке между съемками, когда камера была выключена, изображение делало резкие скачки, но, в общем, давало достаточно полную картину поведения животного. В левом углу кадра был снят циферблат часов, справа на узкой темной полоске пульсировала тонкая светлая линия электроэнцефаллограммы. От головы обезьяны к потолку тянулся жгут проводов.
— Очень интересно, — сказал Ширер. — И что же, она не делала попыток сорвать датчики с проводами?
— Первое время, конечно, срывала. Но мы довольно быстро ее приучили.
Обезьяна заснула. Сейчас, когда она была неподвижна, разорванные куски изображения сливались в одно целое. Минутная стрелка на циферблате часов двигалась со скоростью обычной секундной стрелки. В пять часов тридцать шесть минут обезьяна проснулась. Линия энцефаллограммы несколько изменила свой ритм. Обезьяна заволновалась.
— Теперь мы увидим материал, снятый другой камерой. Она была направлена на мирмекодром — садок с муравьями.
Нерст включил второй проектор.
На экране снова возникло изображение. На этот раз была видна неровная «лунная» поверхность гипсовой площадки. На ней можно было различить черные точки ползающих муравьев. Для человека, не занимающегося специально мирмекологией, поведение муравьев кажется совершенно бессмысленным.
