Аня прячется среди кустов, надеясь уйти от погони. Воздух мрачен и неприкаянный, а тревожный крик неуловимого существа лишь подстегивает её бдительность. Дорога впереди выглядит безопасной, но каждый шаг становится испытанием для невестки Анны Михайловны Лавровой.
Дер Таррен неплохо изучил Анира и не мог представить причину, по которой граф столь легко обязал себя словом чести, — тот вообще не был склонен к скоропалительным поступкам и взятии на себя лишних обязательств.
— И все же, что Вы думаете о сложившейся ситуации с Древним? — герцог еще раз попытался прощупать дер Онтерена. От всех предыдущих попыток граф довольно ловко уходил.
— Я думаю, что можно положиться на его слово, и постараться не попадаться на глаза королю и его представителям, чтобы не нарушить свое, — проницательно ответил граф.
Дантерен обещал, что стазис спадет к моменту их приезда в Академию, и граф собирался приказать трактирщику запечь каюна с травами и подать на ужин в последний вечер, перед тем как они разъедутся: он и герцог — в свои уединенные пристанища на весь следующий месяц, а ребята вернутся в Академию.
— Отец, как Вы как считаете, месяца им хватит, чтобы найти экипаж штурм-капитана? — подъехавший к мужчинам Вел невольно продолжил тему разговора. «Хотя, чему тут удивляться,» — молча усмехнулся граф, — «у нас у всех сейчас мысли в голове только об этой удивительной истории. Интересно, как они там справляются?» В отличие от всех остальных, граф, хорошо знакомый с Анрэ Дантереном по дневникам последнего, видел в штурм-капитане обычного человека, просто получившего качественно другое образование.
***
Анрэ Дантерен, экспрессивно ругающийся и явно переживающий не лучший момент в своей жизни, только что закончил анализ летающего устройства, на котором им предстояло пересечь океан.
— У ваших само-летов нет элементарного обеспечения безопасности пассажиров, — обескураженно говорил он. — Нерациональный двигатель, плохие летные качества.
Аня тяжело вздохнула — летать она любила, но побаивалась, такая вот, любовь-ненависть.
А еще ей было обидно выслушивать подобные комментарии — обидно, как представителю земной цивилизации.
