В сердцах военных станций и под гудком паровоза я увидела мир всем: песни, танцы и восхитительные запахи. Теперь снова летят поезда, но уже не на демобилизации, а на поиск новых приключений и радостей в чистом поле жизни, наполненном дружбой, весельем и вкусными пирожками....
Мог бы пропустить веселье.
— Только из-за этого?
— Нет, конечно. — Он остановился и резко развернул меня в танце. — Мне не терпелось узнать, какая телеграмма пришла для Лены. — Он кинул быстрый взгляд в сторону Лены со Степаном и улыбнулся. — Молодец Степан, настоящий мужик! Я бы тоже так сделал.
— Как?"
"Я постаралась обмануть Марка безразличным тоном, хотя на самом деле замерла в ожидании ответа. Не знаю, что я мечтала услышать, но Марк ответил вполне нейтрально:
— Постарался бы добраться сам лично.
Музыка закончилась, и гармонист Фёдор слепо зашарил рукой по столу в поисках закуски.
— Возьми хлеба с сальцем. — Жена протянула ему бутерброд и объявила: — Заводите патефон, дайте человеку поесть спокойно.
Под шумное веселье я не заметила, как Лена и Степан ушли, и потянула Марка за рукав:
— Пойдём, заскочим на минуточку к нам. Поздороваешься со Степаном. Он про тебя спрашивал.
Все обитатели барака праздновали на улице, и в длинном коридоре стояла непривычная тишина. Марк щёлкнул ногтем по корыту, висевшему на стене.
— Прекрати хулиганить. — И чтобы не застать Лену и Степана врасплох, громко предупредила: — Лена, мы с Марком идём вас навестить.
Сняв рубаху, Степан сидел на табуретке посреди комнаты, а Лена разматывала бинты на его груди. В нескольких местах на бинтах алели пятна свежей крови.
— Э, нет! Нет! Нет! — бросился к ним Марк. — Что за самодеятельность? Доверьте это дело профессионалу.
— Сам знаю. — Степан поёжился. — В госпитале такой же эскулап, как и ты, ни за что не хотел отпускать. Но я его уговорил.
— Пистолетом грозил?
Степан хмыкнул.
— Он кого хочешь уговорит, — подтвердила Лена.
Марк кивнул:
— Понимаю, но ты, надеюсь, долечишься?
— Само собой. Завтра Лена уволится, соберём вещички и махнём в архангельский госпиталь.
— Но почему Архангельск? — невольно вырвалось у меня. — Там же далеко от Германии, все демобилизованные возвращаются через южные границы.
— Так получилось. — Степан поморщился, когда Марк оторвал от раны присохший бинт. — Подробности рассказать я не имею права, но если в общих чертах, то я был на задании в американской зоне оккупации. — Уголок его губ дрогнул. — Никакие они не союзники, а те же фашисты под маской миротворцев.
