Может, он обдумывает их последний разговор в ресторане. Нужно выяснить.
– Ты сердишься на меня?
– Нет, конечно же нет! За что мне на тебя сердиться?
Она пожимает плечами.
– Не знаю. Просто ты молчишь.
– Ты дала мне много пищи для размышления.
– Прости."
"– Тебе не за что извиняться. Ты ничего плохого не сделала. А вот я…
– Ты не сделал мне ничего плохого.
– Я рад, что ты так думаешь. – Максим искренне улыбается, развеивая ее сомнения.
– Какие продукты ты не ешь? – спрашивает Алессия, желая выяснить это прежде, чем они купят еду.
– Я ем практически все, я ведь учился в школе-пансионе.
Однако для Алессии сведения о школах-пансионах ограничены книгами Энид Блайтон «Мэлори-Тауэрс» – любимой серией ее бабушки.
– Тебе там нравилось?
– В первой нет. Меня оттуда исключили. Во второй понравилось. Это хорошая школа, у меня там появились лучшие друзья. Ты с ними уже знакома.
– А, ну да. – Алессия краснеет, вспомнив двоих мужчин в трусах.
Они принимаются болтать о пустяках, и ко времени приезда домой Алессия становится веселей.
Мы заносим сумки в дом, и пока Алессия разбирает продукты, я отношу ее одежду наверх. Сначала я оставляю вещи в ее спальне, потом переношу в гардеробную в своей комнате. Хочу, чтобы она была со мной.
Не слишком ли это бесцеремонно?
«Черт».
Сев на кровать, я обхватываю голову руками. Был ли у меня какой-нибудь план, прежде чем мы приехали сюда? Нет. Я думал членом. А теперь… Надеюсь, сейчас я думаю головой и прислушиваюсь к сердцу. Пока мы ехали домой из Пэдстоу, я размышлял о том, что делать дальше. Сказать ей, что люблю ее? Или промолчать? Она-то даже не намекнула на то, как относится ко мне. Впрочем, Алессия вообще неразговорчива.
«И все-таки она здесь. Это ведь что-нибудь да значит?»
Она могла остаться с друзьями, но тогда бы ее нашли те бандиты. Мурашки по коже бегут, как представлю, что они могли с ней сделать. Нет. Я был единственным шансом на спасение. У Алессии ничего нет, как бы она смогла податься в бега?
Однако она прибыла в Англию без вещей и денег, и тем не менее выжила. Алессия сообразительная, только больно думать, какой ценой ей это дается. Что она делала в промежутке между прибытием в Англию и приходом к Магде?
Сегодня в ресторане она смотрела на меня с болью в глазах. Ее взгляд пробрал меня до глубины души.
«Я устала бояться». Как долго она испытывала страх? С тех пор как появилась в Англии? Я понятия не имею, сколько она здесь находится. Я многого не знаю о ней. Но хочу, чтобы она была счастлива.
Надо подумать, что я могу для этого сделать.
Во-первых, нужно узаконить ее пребывание в Англии. Как – могут знать мои адвокаты. Представляю выражение лица Раджи при известии о том, что я укрываю нелегального мигранта.
Ее бабушка была англичанкой. Возможно, это поможет делу.