Автор
Москва 1918: Непогода за окном напоминает о прошлой войне. В эти мрачные дни освещают лунный свет улицы и домоны, где таится история и загадки. Здесь, в полумраке, начинается рассвет нового времени, когда каждое шагу можно слышать шаги предыдущих эпох.
– Тихо, деточка моя, тихо, – сказал дьякон, – он еще тут, идем в трапезную.
Она с трудом узнала старого есаула. Он оброс белоснежной бородой. Под рваным пиджаком матросская тельняшка. Глаза молодо блестели из-под седых лохматых бровей. Таня обняла его и заплакала. Андрюша стоял рядом, переминался с ноги на ногу, смущенно шмыгал носом.
– Муж твой в Орле, скоро возьмем Тулу, а там уж и до Москвы рукой подать, – сказал есаул. – Вот тебе письмо.
Измятый листок был исписан мелко, по-русски.
– Погоди, потом прочитаешь, – сказал есаул, – мне уходить пора, скажи, что передать?
– Подождите, я напишу.
– Пиши, только быстро.
Дьякон дал четвертушку бумаги, тупой карандашный огрызок.
«Я люблю и жду тебя. Миша здоров, вырос. Пожалуйста, останься жив!»
Она не знала, что еще написать. Растерянно подняла глаза, посмотрела на брата. Рука с карандашом дрожала. Десятки слов звенели в голове, как пятаки в копилке, и казались бессмысленными, плоскими.
– Ты на отца очень похож, – сказал есаул Андрюше. – Если б не твой отец и не твоя сестрица, не было бы меня в живых.
* * *Зюльт, 2007
Герда постучала в дверь, сказала сердито:
– Господин Зубов, вы можете объяснить Микки, что в его возрасте нельзя не спать подряд две ночи?
– Хорошо, я попробую.
– Да, будьте любезны, потому что я тоже из-за него не сплю.
Они вместе вошли в кабинет к Данилову. Старик сидел за столом, перед включенным компьютером. Он развернулся в кресле.
– Ну, что? Есть какие-нибудь новости?
– Нет, Михаил Павлович, за последние полчаса ничего не изменилось.
Герда обиженно фыркнула. Зубов перевел для нее на немецкий их короткий диалог.
– А что произошло полчаса назад? – спросила Герда.
– Радел доехал до Дуарнене и поселился в отеле возле порта.
– Что такое Дуарнене?
– Маленький курортный городок во Франции.
– Он решил отдохнуть? – спросила Герда.
– Нет. Туда причалит яхта, его возьмут на борт, – объяснил Зубов.
– Его возьмут на борт, а Софи вытащат, наконец? – Герда стукнула кулаком по коленке.
– Герда, мы боимся сглазить, – сказал Данилов.
– Хорошо. Тогда я тоже буду молчать, – согласилась Герда. – Вы связались с французской полицией? Или ваши люди будут действовать самостоятельно?
– Нет, Герда, мы не стали связываться с полицией, – сказал Зубов.
– И правильно. Если они собираются причалить именно там, значит, у них могут быть связи в полиции.
