Автор
В глубине северных лесов стучит сердце деревни Мизгирёвка. Здесь забыли слова о старых свечах и сладких летних вечерках, затянутые в туман. Вокруг — спрятанные в земле секреты, а над ними смеется ночь, словно она знает что-то, чего мы еще не понимаем.
– Да так, – Гена замялся, – Сегодня вот убирался в сарае и гараже, от хозяев кое-что осталось, ненужное, вот решил сжечь.
– На пустыре? – посмотрела прямо ему в глаза Галина.
– Ну да, жена кашляет от дыма, – соврал Гена, – У неё аллергия на всякие запахи… дым… Ну, я и ушёл подальше.
– Ну да, ну да, – понимающе закивала соседка, – Правильно. Тут-то никому не мешаешь.
Оба замолчали.
– А что-то свёрток у тебя совсем махонький, что там? – воззрилась она на Гену.
– Что за допрос? – грубо среагировал Гена."
"– Да я так, бабское любопытство, ты не обижайся, – спохватилась Галя, обойдя вокруг будущего костра.
– Ладно, я уже, пожалуй, разожгу огонь, – ответил Гена, и, наклонившись, поднёс спичку к газетам.
Погода стояла безветренная, и газеты тут же занялись, вскоре начали потрескивать и лучины, скукожился пластиковый пакет, и из него показался вороний бок. Галя подозрительно глянула на Гену:
– Это что, птица?
– Птица, – нехотя буркнул Гена, – В сарае мёртвой нашёл, видимо, залетела и не смогла вылететь обратно.
– Вот оно что? – с азартом подхватила Галя, – Птица?
– Ну да, – Гена достал сигарету и затянулся.
– А ты знаешь, что я тебе скажу, – Галя подскочила к Гене, и, оглянувшись, зашептала на ухо, – У нас тут люди всякие живут. Иные не гнушаются и порчей, и всякими прочими приблудами. Так что вы поаккуратнее будьте.
Гена в недоумении скосил глаза на соседку.
– Она точно странная, – вспомнил он слова жены.
– Всё нормально, я не верю в такое, – ответил он Гале.
– А зря, зря, – горячо затараторила та, – Это вы в городе в такое не верите, а тут, в деревне, своя жизнь, свои правила.
– Порча действует на тех, кто в это верит, – повторил Гена, выбрасывая окурок в костерок.
– А вы вот что, – вдруг перевела разговор Галя, – Приходите в наш храм, ещё ведь не были, небось?
– Не были.
– Так вот и приходите в следующее воскресенье, по выходным батюшка приезжает, служит, он на несколько деревень один. Хороший батюшка, ваш ровесник как раз. Алексеем зовут.
– Отцом Алексеем, – поправилась она.
– Хорошо, придём, – ответил Гена, лишь бы скорее отвязаться от назойливой бабы.
– Вот и ладно, вот и славно, ну я пошла, – Галя махнула рукой, – Я просто мимо шла, гляжу, на пустыре кто-то ходит. Мало ли, думаю, вдруг мальчишки хулиганят, а это вы.
– Ага, до свидания, – ответил Гена, – Доброго вечера вам. Галя кивнула и тут же исчезла в сумерках.
– Как будто в воздухе растаяла, – вытаращил глаза Гена, – Вот что обман зрения делает с человеком впотьмах.
