Автор
В глубине северных лесов стучит сердце деревни Мизгирёвка. Здесь забыли слова о старых свечах и сладких летних вечерках, затянутые в туман. Вокруг — спрятанные в земле секреты, а над ними смеется ночь, словно она знает что-то, чего мы еще не понимаем.
Когда я начала проводить его, то у меня почти всё уже получилось, но мулло оказался хитрее, в последний момент он разбил зеркало с той стороны. Ритуал остался незаконченным.
– И что это значит?
– Это значит, что мулло не сможет выйти из зеркала и навредить Эммочке, но и в мир мёртвых он тоже не уйдёт.
– Значит нужно просто выбросить зеркало и всё! – воскликнула я, – И пусть себе мулло остаётся в нём.
– Нет, – покачала головой цыганка, – Дело в том, что между ними осталась связь. Пока Эммочка жива, мулло не доберётся до неё, но как только она умрёт, душа её попадёт к нему, чтобы стать такой же тварью.
– Неужели ничего нельзя сделать? – заплакала я.
– Можно, – ответила цыганка, – Если отдать мулло другую жертву вместо Эммочки…
При этих словах моя собеседница замолчала и посмотрела на меня. Холодная волна ужаса окатила меня с головы до ног, страшная догадка пронзила сердце. Так вот для чего дама искала няню для своей Эммочки – ей просто нужна была обменная жертва для мулло, твари из зеркала.
– Ах, кажется Эммочка что-то натворила, – дама подскочила с кресла и, прихрамывая на одну ногу, и бормоча что-то про радикулит, понеслась в дом.
Глава 4
Не успела она скрыться с веранды, я быстро встала с места и судорожно принялась размышлять, как мне отсюда выбраться.
– Тот самый, где по сей день стоит зеркало, – внезапно подумала я.
Я подняла глаза наверх и увидела в потолке небольшой люк, такие обычно ведут на чердак. У нас дома всё устроено так же, на чердак ведут два входа – один с улицы, по приставленной к крыше лестнице, а второй из сеней дома.
– Так, – лихорадочно думала я, – Значит, если я смогу дотянуться до люка и забраться на чердак, то выберусь из чёртова дома.
