Автор
В Мятежники — мир Пиррии, где семь драконьих народов теснятся вокруг трилунной ночи. Это узникам, вынужденным жить в постоянном страхе, и коварным политическим деятелям, мечтающим о власти. Наступает великая война, и мир раздирают противоборствующие фракции — отчаянные битвы на вулканах и драконьих носиках сражаются за право существовать....
И ещё я понимала: Провидец хочет забрать яйцо и унести куда-то далеко от острова. А значит, драконёнок, вылупившийся из этого яйца, сможет расти в мире, где еды в достатке, а небо и деревья настоящие. Когти мира будут относиться к нему по-королевски, и однажды он спасёт всё племя ночных.
– Возьмите меня, – выпалила я. – Я исполню пророчество! У меня совсем нет пуха между ушами!
Провидец бросил на меня короткий взгляд.
– Ты слишком взрослая, – фыркнул он.
– Так отправьте меня позже и соврите о моём возрасте, – предложила я.
– Зубаста, прекрати, – прошептала мама.
– Она смелая, – сказал Провидец, на мгновение остановив на мне взгляд. – Смелость – это полезно. А вот глупость – нет."
"Он выхватил яйцо из маминых когтей. Она отдала его уже без возражений, хотя и бросила на него самый проникновенный, самый горестный взгляд телячьих глаз. Расцарапала бы ей всю морду…
– Спасибо, что послужила племени, – прорычал Провидец, повернулся и зашагал прочь.
– Подумайте над моим предложением! – закричала я ему вслед. – С маленькими драконятами вечно случаются какие-то неприятности! Если вам понадобится запасной дракончик из пророчества, я буду ждать!
Провидец остановился у входа в пещеру; спина его дрожала. На какое-то время он застыл, затем чуть повернул голову, бросив угрюмый, задумчивый взгляд на оставшееся яйцо. А потом ушёл с яйцом, где, как оказалось, сидел мой брат Звездокрыл, самый глупый и самый несмелый ночной, когда-либо вылуплявшийся за всю историю Пиррии.
Была ли я в восторге от того, что моё соревнование закончилось? Приняла ли я свою маму с распростёртыми крыльями, готовая снова стать её драгоценной, любимой и единственной дочерью?
Безусловно, нет. Я больше не позволила бы себя дурачить. Теперь я знала, с какой лёгкостью она могла бросить меня. Я видела, насколько измельчала её преданность.
Может быть, если бы она умоляла меня о прощении…
Но она не стала. Вместо этого она ХАНДРИЛА целую ВЕЧНОСТЬ, и ты не представляешь, КАК это утомляло.
Я же переключилась на Провидца, посвящая ему всё своё время и усилия. У него были полезные связи. Он мог помочь мне оказаться на континенте, а может, и в том пророчестве, если бы только понял, что я ночная до мозга костей.
(Это синоним к слову «потрясающая», если до тебя, мой песчаный друг, медленно доходит.)
Я бродила за ним по крепости. Я появлялась каждый раз, когда он читал лекции, даже если не моему классу.
