В мир военных действий возвращается Осипов, застывший в памяти рядовой бойца второй роты, теперь уже молчаливый солдат в изможенном теле. Несмотря на грязь и кровавые ранения, он остается узнаваемым знакомым, а его хрупкость и бледность придают герою не только физическую но и психологическую боль....
Авторитет, твою мать!
Наверное, было забавно наблюдать, как молодой парень действует настолько невозмутимо, что на лице нет никаких эмоций?! Я об этом не думал, просто действовал по ситуации. Так же, как и всегда. Я привык так. И не важно, молодое тело или старое.
Заметил, что стоящая во дворе белая «Волга» открыта. Но ключей в замке зажигания не было. Я забрался внутрь и спрятался на заднем сидении — благо в полумраке ни черта не видно. Мой расчет был на то, что машину будут отгонять, чтобы въехал пожарный автомобиль.
Когда же на первом этаже все разгорелось, во двор начали выбегать люди. Царила неразбериха. В какой-то момент показался и сам хозяин дома. Дал какие-то указания своим людям, а сам, затравленно оглянувшись на горящий первых этаж, направился прямо к Волге. Открыл переднюю дверь, влез внутрь. Что-то недовольно бормотал себе под ном. Завел двигатель, вспыхнул свет фар.
Неужели собрался сбежать или правда машину отгоняет?! Сам?
Видимо, все же второе. Странно, а где же его водитель? Учитывая время суток, отпустил домой? Возможно! Но тогда кто все эти люди?
Когда «Волга» медленно выезжала со двора и пересекла ворота, я тихо поднялся, затем приставил к виску Константина Тимофеевича зажигалку и процедил:
— Тихо! Не суетись! Одно лишнее движение и у тебя дыра в неположенном месте! Это ясно?
Одновременно рукой сдвинул зеркало заднего вида, чтобы он меня не видел.
Тот испуганно дернулся. Оно и понятно, такие за свою жизнь ой как бояться. А зажигалка твердая, холодная.
— А? Громов?
— Слушай сюда, собака! — произнес я ему на ухо, надавив холодным корпусом зажигалки ему на висок. — После того, что ты сделал, тебя самого сжечь надо. Поворачивай направо и вези меня в город!
— Ты что творишь? — всхлипнув, спросил тот.
Я резко сжал кулак и с силой двинул его в ухо. От такого удара он резко ткнулся головой в водительское окно, жалобно заскулил. Все-таки взялся за руль дрожащими руками и послушно повернул направо.
Было тихо. Вокруг ни души.
Судя по всему, какой-то небольшой поселок, коих под Батайском было достаточно.
Проехав около трех километров, мы выехали на другую, уже асфальтированную дорогу. Ее я узнал, увидел вдалеке огни Батайска. Впереди должна быть трасса, там движение оживлённое.
— Все, давай к обочине! — приказал я, снова приставив зажигалку к виску.
Когда мы остановились, я приказал ему вылезти наружу.
