В мир военных действий возвращается Осипов, застывший в памяти рядовой бойца второй роты, теперь уже молчаливый солдат в изможенном теле. Несмотря на грязь и кровавые ранения, он остается узнаваемым знакомым, а его хрупкость и бледность придают герою не только физическую но и психологическую боль....
А наша умывалка не была приспособлена под принятие душа. В итоге, тупо набирали прохладную воду из-под крана в алюминиевые тазики, затем обливались прямо так. Потом мылом, с названием «банное», кто-то особо умный добавил букву «Е», быстро намыливались и смывали. Вот и вся процедура солдатского душа. Были те, кто обливали и кто обливались. Потом менялись.
Почистить клыки, умыться, помыть уши и готовиться к отбою.
Так как отбой был в десять вечера, то сон у солдата составлял ровно восемь часов. Этого предостаточно для того, чтобы молодой организм выспался и отдохнул. Покажите мне действующего военного, который спит восемь часов? Если половину от этого времени удалось провалиться в сон, считай, повезло.
— Рота, на центральном проходе становись! — заорал дневальный.
Со всех сторон казармы раздался топот — рота собиралась буквально отовсюду. Все в нательном белье белого или серого цвета, которое именовали «Белугой».
Выстроившись в две шеренги, все замерли в ожидании. Вечерний осмотр проводил лично Карпов — сегодня была его очередь дежурить в подразделении.
— Товарищи солдаты, становись! Равняйсь, смирно! — громко произнес он. — Отбой!"
"Все бегом устремились по кубарям, следуя давно проложенным маршрутам так, чтобы не сбивать по пути друг друга. Кто-то весело попукивал, кто-то стремился поскорее заснуть… Как только затих топот самых медленных солдат, едва прекратился скрип пружинных кроватей, а в казарме повисла тишина, как где-то неподалеку раздался оглушительный взрыв…
Взрывной волной выбило несколько стекол… Черт возьми, ну что теперь?!
* * *Товарищи читатели, третий том закончен.
