В мир военных действий возвращается Осипов, застывший в памяти рядовой бойца второй роты, теперь уже молчаливый солдат в изможенном теле. Несмотря на грязь и кровавые ранения, он остается узнаваемым знакомым, а его хрупкость и бледность придают герою не только физическую но и психологическую боль....
— Ты русский понимаешь?! Мы тебе ничего не сделаем! Как там на дари будет, не помнишь?
Его напарник замотал головой. Я тоже.
Сзади бойцов послышался шум. Показался капитан Игнатьев.
— Что тут у вас?
— Во! Местный житель! Жительница.
Я поднялся, деловито стянул с себя верхнюю часть паранджи.
— Здравия желаю, товарищ капитан! — произнес я, вытирая пот со лба. — Соскучились по мне?
Все трое, несмотря на напряженную обстановку, рассмеялись.
— Ну, Громов! Ну, молодец! — качая головой, восхитился капитан. — Это ж надо было додуматься, в женщину переодеться, а? Вот, настоящий разведчик, даже добавить нечего.
Я как раз достал свой автомат из складок черной ткани. Выудил магазины, дымовую шашку.
— Кгхм… — Игнатьев осекся, но затем переключился. — Ладно, к делу. Что в кишлаке происходит? Знаешь, какая там сейчас обстановка?
— Хреновая обстановка! — пояснил я.
— Склад? Ты не ошибся, Громов?! — прищурился офицер. — Где именно?
— В юго-восточной части, прямо в скале. Скорее всего, все держали внизу, чтобы мы не нашли. А теперь собираются куда-то перевозить.
— Так… Склад нужно уничтожить! Без авиации тут никак!
— Не надо авиации. Об этом я уже позаботился… — ответил я, стягивая с себя паранджу. — Подождем немного, результат не заставит себя ждать.
— Громов, не баламуть воду. Что это значит?!
— Да так, будет небольшая диверсия. Оказалось, что и по кишлаку, набитом духами, есть вариант передвигаться практически незаметно. При этом кое-что еще и заминировать можно. А вот по поводу авиации, не уверен, что она вообще будет!
— Это еще почему?
— Ну, сами не догадались еще?! Сколько прошло времени с момента, как нас атаковали?
— Часа полтора, даже больше.
— Вертушки уже давно бы долетели, но их нет.
