В мир военных действий возвращается Осипов, застывший в памяти рядовой бойца второй роты, теперь уже молчаливый солдат в изможенном теле. Несмотря на грязь и кровавые ранения, он остается узнаваемым знакомым, а его хрупкость и бледность придают герою не только физическую но и психологическую боль....
— Да, я вижу! — афганец нарочито медленно отхлебнул глоток ароматного чая, доставленного ему откуда-то с южных земель Индии. — За оказанную помощь и поддержку я вам очень благодарен. Но при этом, в данный момент, рисковать всем я не собираюсь. Еще не время. Мои люди не готовы.
— Отчасти, да… Но есть поговорка… Кто не рискует, тот не пьет шампанского! — парировал Джон. — Кажется, так говорят в Союзе?
— Да, верно, — кивнул Рахмат Шах, посмотрев на американца внимательным задумчивым взглядом. — Однако я считаю, что еще не время переходить к активной части нашего плана.
— И сколько вы намерены тянуть? — Джону этот ответ не нравился. Рахмат Шахом было сложно управлять, потому что он был умным, влиятельным и расчетливым человеком, который хорошо знал и представлял, чего он хочет и что может получить.
— На все воля Аллаха, — невозмутимо произнес он. — Поглядим.
Американец скрипнул зубами, несколько раз кивнул головой. Затем залпом допил сладкий чай и вернул чашку на место."
"После того, как трагически погиб старик Иззатулла, который, кстати, был родственником Рахмат Шаха, Джон Вильямс с помощью проводника вернулся в удаленный горный кишлак Абшар-Манул, где был организован перевалочный пункт.
За прошедшие дни сломанный нос и разбитое лицо уже начали заживать, а вот с поврежденной рукой дела обстояли хуже. Перелом был не очень серьезным, но на то, чтобы все зажило, требовалось много времени. Месяца два, не меньше. Джон рассчитывал, что за пару дней закончит дело и вернется обратно в Пакистан.
Он уже собирался уходить, когда неожиданно где-то на юге что-то громко взорвалось. Причем настолько сильно, что на столе аж чашки зазвенели. Взрыв оказался не единичным, несколько секунд в той же стороне взрывалось что-то еще, но уже немного тише. Джон сразу понял, что это детонирует взрывчатка.
— Что это такое? — настороженно произнес Рахмат Шах, глядя на американца.
Не проронив ни слова, Джон выскочил из харама, взбежал на дувал, с него перепрыгнул на крышу соседнего дома. Схватился за висящий на груди бинокль. Примерно в пяти километрах к югу от того места, где он находился, были видны густые клубы поднимающегося вверх черного дыма.
Американец быстро сообразил, что произошло. Тот самый склад оружия, который что находился в южном кишлаке Арран, только что взорвался.
